beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

Город золотой.





БЫВШАЯ СТОЛИЦА ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ ХРАНИТ ТЫСЯЧИ УТЕРЯННЫХ В ГОДЫ ВОЙНЫ СОКРОВИЩ

В Калининградской области продолжается необычная экспедиция по поиску ценностей, утраченных в годы Второй мировой войны.

Руководитель археологической группы, известный в регионе краевед Сергей Трифонов уверен, что находится в шаге от разгадки самых сокровенных тайн того времени.



Несмотря на то что с момента окончания Второй мировой войны прошло уже почти 70 лет, загадок, которые оставила самая кровавая в истории человечества военная кампания, не становится меньше.

– Источники со временем открываются, становятся доступными, но уходят свидетели тех или иных событий, и рассекреченные документы порой представляют только архивную ценность, – констатирует военный историк Сергей Каменских. – Тайны связаны со многими аспектами того времени. До сих пор никто точно не может определить реальную цифру человеческих потерь в ходе войны. Особой графой можно перечислять и утраченные в годы войны культурные и художественные ценности. В первую очередь – вывезенные из СССР и стран Восточной Европы и словно канувшие в небытие. Для многих шедевров последним пунктом их назначения и хранения был Кёнигсберг, а дальше – неизвестность. Тайны, тайны, самой знаменитой из которых является Янтарная комната.

Рассказывать о формальных экспедициях, регулярно снаряжаемых в послевоенное время, чтобы отыскать похищенное и утраченное, не хватит и нескольких увесистых фолиантов. Реляции об удачах поисковиков можно компактно разместить на одной странице формата брошюры. И даже в этом скромном перечне большая часть находок связана, как ни парадоксально, все с тем же Кёнигсбергом.

– Столица Восточной Пруссии являлась официальным местом базирования художественных трофеев, – продолжает историк. – Более того, надо было понимать и ментальность вождей рейха, уверенных, что Кёнигсберг – неприступная твердыня. Поэтому до последнего дня здесь особо и не помышляли об эвакуации награбленного. Ту же Янтарную комнату, ставшую символом военных загадок, свидетели видели в Королевском замке 3 апреля 1945 года. То есть за три дня до штурма города. Когда практически все пути к эвакуации были отрезаны и дороги Восточной Пруссии подвергались бомбежкам советской авиации.

Удалось ли довезти это сокровище до Пиллау, чтобы потом по морю переправить в Германию? И был ли смысл ее туда отправлять, если Красная Армия уже тогда штурмовала Зееловские высоты. Большой вопрос! А может, ее никуда и не вывозили. Спрятали в городе или близ него. Еще один след, который в последние годы находит все новые подтверждения – восточный. После взятия Кёнигсберга военачальники не стеснялись вагонами отправлять трофеи своим близким. Не случайно в 70–80-х годах прошлого века ряд пропавших в Восточной Пруссии раритетов странным образом обнаруживались на подмосковных генеральских дачах. Так что поиски сокровищ актуальны и сегодня, а вектор исследований вполне логично распространить на все стороны света. И на восток, и на запад.
ОСНОВНОЙ ВЕРСИОННЫЙ ОБЪЕКТ

Тем не менее абсолютное число компетентных любителей загадок считают, что большинство без вести пропавших уникальных шедевров следует искать в немецком Кёнигсберге, ставшим после войны российским Калининградом. И для подобных утверждений существует масса прямых и косвенных подтверждений.

– Могу с уверенностью сказать, все это время существовала бурная, порой кипучая, но все-таки видимость исследований, – утверждает известный калининградский эксперт по охране памятников Авенир Овсянов. – Системной работы в регионе практически не велось. Неслучайно самым эффективным в поисках сокровищ оказался 1945 год. Найденное, что называется, по горячим следам. Тогда в Восточную Пруссию были направлены экспедиции из Москвы, Ленинграда, Киева, Вильнюса. Никакой централизованной координации в работе данных групп не было. Как правило, экспедиции снаряжали сами музеи, разыскивавшие свои пропавшие экспонаты.

Ну и находили, соответственно, то, что лежит на поверхности. Спонтанная работа таких заезжих бригад зачастую зависела от удачи в поиске необходимых очевидцев, от доброй воли комендатур, которые могли помочь и выделить личный состав на раскопки, а могли и отказать. Брали все, что находили, и не всегда свое. В результате подобного послевоенного хаотичного ажиотажа многие музеи страны по сей день находятся между собой в состоянии войны. На один шедевр несколько претендентов. Из одних запасников вещь вывезли, посланцы другого музея нашли и забрали.

По общему мнению экспертов: единственным, кто действительно подошел к поискам системно, сумел оценить и подробно описать найденное, оказался брат известного поэта Валерия Брюсова – Александр, посланный в Кёнигсберг по распоряжению Ставки Верховного Главнокомандующего в апреле 1945-го. Сразу же после взятия города. Но, несмотря на высокие полномочия, предоставленные в Москве искусствоведу, его миссия также не обошлась без потерь. Часть найденных Брюсовым ценностей была разграблена прямо в одной из комендатур Кёнигсберга, а некоторые отправленные в особо охраняемых вагонах ящики с раритетами прибыли в столицу в неполном объеме и без приложенных реестров.

Послевоенный азарт в поисках утраченного сменила рутина восстановления народного хозяйства, и к разгадке тайн, оставленных гитлеровцами, в Москве вернулись только спустя 20 лет.

– В 1969 году была организована геологоразведочная экспедиция, получившая статус государственной, в которой и я был экспертом, – вспоминает Овсянов. – Несмотря на хорошую идею, в самом этом предприятии оказалось немало подводных камней, так и не позволивших сделать серьезные открытия. Так, в состав группы вошло немало энтузиастов, а вот профессионалов среди них было очень и очень мало. Во-вторых, экспедиция работала на территории закрытого в то время региона, и для того, чтобы привезти сюда очевидца из другой области СССР, надо было исписать тонну бумаги. Про иностранных свидетелей не говорю! Пока оформляли разрешительные документы на одного жителя ГДР, он успел умереть. Да и оснащение оставляло желать много лучшего. Поэтому за 15 лет работы нашей группы серьезных кардинальных открытий не случилось.

 В ДВУХ ШАГАХ ОТ ТАЙНЫ

Тем не менее авторитетные военные историки и археологи не сомневаются – калининградская земля не раскрыла и сотой доли погребенных в ней секретов.

– У нас регулярно появляются различные группы исследователей, разрабатывающие ту или иную версию, основанную на показаниях очевидцев, – рассказывает Авенир Овсянов. – Ту же Янтарную комнату, насколько помнится, только за последние годы искали и в подвалах Королевского замка, и на Бальге под Багратионовском, и под Балтийском. В область приезжали не авантюристы, а люди с разрешительными документами самого высокого уровня. Видимо, для разработки того или иного версионного объекта у них имелись весомые основания. Кстати, раскопки в руинах того же Королевского замка с 2005 года спонсировал авторитетный немецкий журнал «Шпигель». Согласитесь, что солидное издание вряд ли бы пошло на поводу у шарлатанов, если бы в редакции не имелись серьезные основания для раскопок.

Археологи, спонсируемые «Шпигелем», за несколько сезонов нашли немало и в самом деле ценных артефактов. В том числе необычную мистическую шкатулку, несколько медальонов и перстней с магическими знаками и надписями на иврите. Как выяснилось позже, оккультные вещицы были подарены одному из курфюрстов Восточной Пруссии самой Марией Медичи.
Однако, несмотря на систематические удачи, решить главную задачу: обнаружить секретный ход из Королевского замка экспедиции – не удалось. Тоннель, ведущий в подземный город, был умело подорван в нескольких местах.

– Немцы – весьма практичные и пунктуальные люди, – утверждает известный в области краевед Сергей Трифонов. – Умеют прятать и хранить тайны. Вы можете себе представить, чтобы на завоеванной нами территории без видимых причин в Кёнигсберге остался главный хранитель Янтарной комнаты доктор Альфред Роде, имевший тысячу возможностей для эвакуации? О чем это говорит? Только о том, что шедевры и ценности, которые для Роде были делом жизни, никогда не покидали Кёнигсберга. Все они остались на этой земле, а скорее всего, под землей. Профессор даже имитировал сотрудничество с тем же Брюсовым. Рассказывая ему об отдельных тайниках. Но так ничего и не сказал про Янтарную комнату. А если почитать стенограммы допроса последнего коменданта Кёнигсберга Отто Ляша, то всплывает также немало вопросов. Генерал, проведший 10 лет в советских лагерях, умело уходил от ответа про судьбу художественных трофеев. Хотя лично отвечал перед Гитлером за сохранность культурных ценностей.

По мнению Трифонова, утраченные во время войны ценности действительно искали много и часто, но каждый раз не обращали внимания на самое очевидное место обустройства тайника.

– Бункер. Бункер последнего коменданта Кёнигсберга, где Отто Ляш руководил обороной Восточной Пруссии, где в итоге и был подписан генералом акт о капитуляции, никем никогда не исследовался, – настаивает на своей гипотезе краевед. – С апреля 1945 года сданный Ляшем командный пункт воспринимался нами исключительно как символ победы. Этот идеологизированный штамп, по всей вероятности, и стал самым надежным прикрытием объекта. Здесь сразу же поспешили организовать музей истории штурма Кёнигсберга. Никто и не думал искать в нем ценности. Лист проще спрятать в лесу, а ценности, за которые отвечаешь, хранить при себе на видном месте. Во-первых, ты точно знаешь ограниченный круг лиц, допущенных к тайне. Во-вторых, даже в самом критическом положении держишь ситуацию под контролем. В-третьих, в случае поражения противник вряд ли поверит в столь несуразный тайник. Трудно убедить себя, что воевал с таким простаком.
СОХРАНИ СВОЕ

Первые основания для необычной версии появились у Трифонова еще в начале 1990-х. Когда еще молодой историк – сотрудник обкома партии – решил лично проверить поступивший в инстанции сигнал, выброшенный начальством в мусорную корзину. В письме из Германии некий бывший солдат вермахта рассказывал, что на воротах бункера Ляша перед установкой затворов были выбиты в срочном порядке охранные руны.

– Надо было понимать, что для фашистов рунический алфавит можно назвать вторым официальным, – вспоминает Трифонов. – Рунами маркировались каски, оружие. Из рунических комбинаций составлялись различного рода обереги. Только в Кёнигсберге за время пребывания у власти нацистов было издано 46 книг, трактующих язык рун. Вожди рейха были уверены, что языческая культура скандинавских воинов сохранит их от многих невзгод. Тем не менее даже при таком поклонении в городе, который уже находился на дистанции артобстрела, в срочно сооруженном командном пункте выбивать на воротах руны был явный перебор.

Проигнорировав советы старших товарищей, молодой историк посетил музей, и, пользуясь обкомовскими корочками, уговорил дирекцию тщательно осмотреть ворота. Одним осмотром дело не завершилось, поковыряв краску простым сапожным ножом, Трифонов действительно обнаружил на металлических створках письмена древних викингов. Всего 66 рунических знаков.

Не особо придавая внимания неожиданному открытию, краевед стал изучать историю строительства бункера последнего коменданта Кёнигсберга. Историю стремительную и скоротечную. Несмотря на строжайший режим секретности, командный пункт в центре Кёнигсберга был построен в конце 1944 года всего за три месяца, в условиях, когда противник уже вошел на территорию Восточной Пруссии.

– Тут-то и выяснилось много интересных деталей, – констатирует краевед. – Ясно, что бункер – это фортификационное сооружение. Ясно, что он должен коммуницировать с другими объектами управления. В этом вопросе логика была строго соблюдена. В непосредственной близости – ставка бургомистра, других бонз. По надежности тоже нет вопросов. Ширина потолка не позволяет пробить бетонную конструкцию самым мощным снарядам. Но для чего у сооружения, максимальная глубина которого не превышает семи метров, было сделано 16-метровое бетонное основание? Это и лишняя трата дефицитных тогда стройматериалов, и необъяснимое затягивание сроков строительства. Кто-то боялся тихого подкопа диверсантов или кёнигсбергских мышей? Смешно.

Прошло время, а хаотичные открытия не давали Сергею Трифонову покоя. Частично ответ на риторический вопрос настырного историка дали бельгийские ученые, которых удалось вытащить в Калининград в 2001 году. Признанные специалисты в области древних скандинавских футакров пришли к единодушному выводу: несмотря на противоречивые сочетания рун, сама комбинация делалась с целью оберега.

Но оберега конкретных людей, находящихся в помещении, или чего-то иного, западные специалисты сказать точно не сумели. При этом заметив, что для «охраны» штабов, других важных военных объектов, нацисты предпочитали более лаконичные надписи.

– Особенно неоднозначно звучало сочетание части цепочки, звучащее дословно как «сохрани свое», – вспоминает Трифонов. – Это, конечно, может означать все, что угодно. Но, кажется, больше предназначено для конкретных вещей и ценностей.

 ЗИЯЮЩИЕ ПУСТОТЫ

Добиться разрешения на проведение частичного бурения полов в бункере-музее Сергею Трифонову и его команде удалось спустя почти десятилетие. После долгого хождения по инстанциям в 2009 году разрешительные документы, с кучей условностей и оговорок, были утверждены местными губернскими властями.

Прежде чем включать перфоратор, участники провели рутинную исследовательскую работу, заручившись косвенными подтверждениями разрабатываемой версии. Например, обнаружились некоторые документы той поры, указывавшие, что между Королевским замком и бункером коменданта вполне могли находиться подземные ходы.

Первая же просверленная дыра в полу подарила искателям сокровищ смешанные эмоции. Ниже уровня командного пункта был обнаружен лестничный марш и два помещения общей площадью более 30 кв. метров. Однако радость открывателей компенсировала нарушенная система дренажа – поступающая вода не только поглотила обнаруженные объекты, но и стала угрожать затоплению всего музея. Несмотря на оптимистичный сигнал, археологические работы снова пришлось прервать.

– Георадар при исследовании этих помещений дал понять, что они пусты, – рассказывает участник экспедиции Владимир Соколов. – Но раз под бункером что-то строилось, значит, для чего-то это было нужно. Тем более что это не единственные пустоты, обнаруженные под землей рядом с бункером коменданта. Просто сама экспедиция проходит от случая к случаю. То нам разрешают, то потом стопорят и опять чего-то тянут.

Расшифрованные специалистами данные перфокарты свидетельствуют: и в самом деле под и рядом с бункером Отто Ляша оказалось немало объектов, перспективных для исследований. Как, например, можно объяснить аномалию цветных металлов в непосредственной близости от командного пункта генерала?

– Еще интереснее обнаруженная радаром пустота, ведущая в сторону, – показывает данные прибора Соколов. – Она упирается в другую пустоту геометрически правильной формы, размером четыре на четыре метра. Докопаться до данного помещения несложно, но необходимо снова пройти всю орбиту согласований. Каждый такой круговорот занимает у нашего руководителя не меньше 10 месяцев.

Дневник необычной экспедиции и в самом деле выглядит как хроника боевых действий. Три дня работы, несколько дней расшифровки полученных данных и борьбы за живучесть, и получение новых старых разрешительных резолюций.
ИГРА ВСЛЕПУЮ

В принципе сомнения представителей местной бюрократии понять несложно. Ни Трифонов, ни его единомышленники не говорят, что ищут. Куда бы проще было объявить: экспедиция собирается откопать Янтарную комнату. Когда объект поисков конкретизирован, одобрительные резолюции, по странному стечению обстоятельств, появляются гораздо быстрее.

– Для того чтобы знать, что хранится под бункером Отто Ляша, надо быть Отто Ляшем, – отшучивается Трифонов. – На самом же деле любая экспедиция – это игра вслепую. Та же группа коллег, спонсируемая «Шпигелем», искала Янтарную комнату, а нашла оккультную шкатулку.

Что касается самой известной пропажи XX века, Трифонов уверен – найти Янтарную комнату в ее первозданном виде по прошествии стольких десятилетий будет крайне сложно. Со временем деревянные панели, на которых держались узоры из солнечного камня, рассохлись или, наоборот, сгнили от влаги. Клей потерял свои свойства. Если Янтарную комнату и удастся отыскать, утраченный шедевр будет представлять из себя груду ящиков с ничем не выразительной кучей камней и расслоившегося дерева. Трудно предположить, что нацисты надолго законсервировали спрятанное сокровище, например, полностью залив ящики воском.

– Тем не менее поиски стоит продолжать. И не только из научных интересов, – резюмировал руководитель экспедиции. – Во-первых, Янтарная комната – это символ. Найти даже ее останки – это все равно событие. Нацисты вывезли художественных ценностей из оккупированной территории на миллиарды долларов, и многое до сих пор не найдено. Ну и помимо пищи духовной есть и вполне материальные вещи. Например, доподлинно известно: на момент начала штурма Кёнигсберга в хранилище имперского Дойче-банка находилось боле четырех с половиной тонн золота. Куда оно потом делось, никому не известно. Ревизия представителей финансового управления Красной Армии на следующий день после взятия города подтвердила: подвалы кредитного заведения пусты.

Может, обнаруженная георадаром аномалия цветных металлов рядом с бункером коменданта и есть ключик к еще одной тайне прошедшей войны?
ссылка



Ненавидишь «Совок»? Тошнит от «ваты»? Жми!




Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments