beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

Очередной мордорский фейк: «Парад 7 ноября 1941»




Чем больше я читаю литературы об этой дате, отмеченной военным парадом и выступлением наркома обороны и верховного главнокомандующего, тем больше сомнений возникает в достоверности описываемого.

Парад и выступление Сталина.

Настораживает несоответствие - всем известно, что он накануне выступал перед активом и генералами на станции метро "Маяковская".

Предположим, что "вождь всех времен и народов", склонный к театральным эффектам, отважился выступить перед войсками. Дабы никто не сомневался, что Сталину наплевать на стоящих под Москвой немцев.

Предположим.

Допустим, что и парад состоялся. И его продолжительность была не более 40-60 минут.

Почему так мало?

А сколько времени потребуется для того, чтобы по Красной площади прошел быстрым шагом батальон или полк и несколько танков?

Почему столько? Да потому, что больше не было, остальные - на позициях.

К тому же - позиции рядом.

Под Москвой.

Вполне допускаю (с большим, правда, трудом), что "прямо с парада они отправились на фронт'. Интересно, а в Москве что они делали?

Находились на формировании? И сразу же на парад, а оттуда на фронт?

Не может такого быть. По той причине, что с 1932 года по Красной площади проходили только тщательно проверенные войсковые части, в большинстве своем - войска НКВД.

По всей видимости и здесь маршировала перед мавзолеем ОМСБОН - особая мотострелковая бригада особого назначения НКВД СССР.

Согласно роли, которую играла эта специальная военная часть, она должна была оставаться в столице и 7 ноября изображать парад.

Ну, ладно, с парадом, допустим, выяснили.

Но самое интересное таится в кадрах документальной кинохроники об этом параде. Во всех фильмах о войне (и в насквозь лживом советском многосерийном документальном телефильме "Великая отечественная" и других - более или менее лживых) Сталин на трибуне мавзолея читает свой доклад.

Значит, все-таки был в тот день на параде.

Был-то был, но...

Есть одно но.

У всех подручных, стоящих рядом с людоедом, изо рта идет пар.

Холодно на площади - декабрь, снег недавно прошел, морозец. А у Сталина - нет. Что за чудо?

Ответ дает кинорежиссер Федор Иванович Киселев, руководитель киногруппы, которая снимала парад.

“... Наркомкино Большаков назначил меня ответственным за съемку парада на Красной площади... Честь огромная... Сняли... В ту же ночь проявили на Лиховом переулке... Кадры — поразительные, однако речь Сталина на звуко-пленку не записалась... Представляете?! Нет, вы себе этого представить не можете...

Это гибель не только всех нас, всех наших родственников и друзей, но и разгром кинохроники: “злостный саботаж скрытых врагов народа, лишивших человечество уникального документа”... Именно тогда я и начал седеть, в те страшные минуты, когда звукооператор, едва шевеля посиневшими губами, сообщил эту новость.

“Как это могло случиться? спросил я его, придя в себя. — Ты понимаешь, что нас ждет? Ты понимаешь, что...” — “Да, — ответил мой товарищ едва слышно. — Понимаю... Но ведь я не имел времени, чтобы проверить кабель, все ж было в спешке... Снег... Наверное, что-то не сработало в соединительных шнурах... Я за своих ребят ручаюсь головой, ты ж их тоже знаешь, большевики, комсомольцы...” — “Рыков тоже называл себя большевиком, — ответил я ему, — а на поверку оказался гестаповским шпионом”.

— Словом, — продолжил Киселев, — я поехал к председателю комитета кинематографии Ивану Григорьевичу Большакову. Тот выслушал меня, побледнел, походил по кабинету, потом, остановившись надо мною, спросил: Какие предложения? Кто виноват в случившемся?” — “Виноват я. С меня и спрос.

Предложение одно: сегодня ночью построить выгородку декорации в одном из кремлевских залов и снять там товарища Сталина”. — “А как объяснить, что съемка на Красной площади была сорвана?” — “Съемка не сорвана. Кадры сняты уникальные. Но из-за того, что у нас не было времени заранее подготовиться к работе, один из соединителей микрофона отошел — снег, обледенело, охрана постоянно гнала наших людей к камере, подальше от Мавзолея...”

Большаков снова походил по кабинету, потом снял трубку вертушки”, набрал трехзначный номер: “Товарищ Сталин, добрый вечер, тревожит Большаков... Кинохроника сняла замечательный фильм о параде на Красной площади...

Однако из-за неожиданных погодных условий звук получился некачественный. Интересы кинематографа требуют построить выгородку в Кремле и снять фрагмент речи в Грановитой палате. Что? Выгородка — это часть Мавзолея, товарищ Сталин... Да... Именно так... Это займет тридцать минут, товарищ Сталин... Да, не больше... Хорошо... Выгородку мы построим часа за четыре... Сегодня в три? — Большаков посмотрел на меня с растерянностью; большие настенные часы показывали одиннадцать вечера; я решительно кивнул, мол, успеем; нарком покашлял, потом тягуче ответил: — Лучше бы часов в пять... Хорошо, товарищ Сталин, большое спасибо, в половине пятого съемочная группа прибудет к Спасским воротам, строителей и художников вышлют немедленно...”

...Ровно в четыре тридцать утра дверь Грановитой палаты отворилась и вошел Сталин. Видимо, Большаков его предупредил уже, Верховный был в той же солдатской шинели, что выступал давеча; хмуро кивнув съемочной группе, он прошел к выгородке.

Это снято не на Красной площади, а в Грановитой палате Кремля

Я дал знак осветителям, они врубили юпитеры; свет был ослепительным, внезапным; Сталин прикрыл глаза рукой, медленно достал из кармана текст выступления и начал говорить — в своей неторопливой, обсматривающей манере. Я наблюдал его вблизи, видел, как он похудел, какие тяжелые мешки у него под глазами, как отчетливы оспины и седина; обернувшись к операторам, я сделал едва заметное движение рукой; они поняли: надо избегать крупных планов, вождю это могло не понравиться, народ привык к совершенно иному облику Верховного: широко расправленная грудь, черные усы, прищурливая усмешливость глаз; здесь же, в Грановитой палате, на деревянном помосте, изображавшем Мавзолей, стоял согбенный, уставший старик.

...И в тот короткий миг, когда я обернулся к операторам, мой коллега, отвечавший за звукозапись, показал руками, что и сейчас, в этом огромном, пустом зале, когда мерно стрекотали камеры и юпитеры жарили лицо Сталина, текст Верховного по-прежнему не идет на пленку...

Я ощутил приступ тошноты, своды палаты начали рушиться на меня, сделалось душно, и я вдруг ощутил свою никчемную, крохотную малость. Зачем надо было класть жизнь на то, чтобы рваться вперед и наверх?! Жил бы себе тихо и незаметно! Умер бы дома, в кругу родных, не обрек бы их на грядущую муку и ужас! Но именно в момент отчаяния, в ситуации кризисной, решения приходят мгновенно...

Когда Сталин, закончив читать выступление, снял фуражку, вытер вспотевший лоб и неторопливо пошел к выходу из Грановитой палаты, я обежал Большакова, который сопровождал Верховного, и сказал: “Товарищ Сталин, вам придется прочитать выступление еще раз... Помню испуг Большакова, страх, который он не мог скрыть; никогда не забуду реакцию Сталина:

“Это — почему?” Он спросил меня, не подымая глаз, голосом, полным усталого безразличия.

И я, глядя на Большакова, словно гипнотизируя его, моля не выдавать мою вынужденную ложь, ответил: “В кинематографе принято делать дубль, товарищ Сталин”. Верховный, наконец, медленно поднял на меня свои глаза; они только издали казались улыбчивыми и отеческими; когда я увидел их вблизи — желтые, постоянно двигающиеся, тревожные, мне стало не по себе.

Сталин медленно оборотился к Большакову; лицо наркома сделалось лепным — прочитывался каждый мускул; однако он согласно кивнул, и повернулся к выгородке, под жаркий свет юпитеров. Я подбежал к звукооператору, шепнул, чтоб он еще раз проверил все соединения, подошел к микрофону и постучал пальцем по сетке; звуковик обмяк в кресле, и некое подобие улыбки тронуло его бескровные губы — все в порядке, пошло! А в моей голове мелькнула шальная мысль: “Вот бы попросить, — “товарищ Сталин, скажите-ка: раэ-два-три, проба!"”

И я подумал: а ведь он бы выполнил мою просьбу важно только было сказать приказным тоном.

ссылка




Tags: "неудобная" история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
http://bookre.org/reader?file=1479205&pg=139 Многие знают о существовании дневника советской девочки Тани Савичевой из блокадного Ленинграда. Многие знают о существовании дневника еврейской девочки Анны Франк. Написан он был шариковой ручкой, но это другая тема. Перед вами дневник…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments