beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

Половая жизнь красных партизан

0_39046_94821d5a_XL


[info]dmitrij-sergeev@lj: " О массовых изнасилования в советской оккупационной зоне Германии писалось уже много. И очень много было возмущения по поводу "клеветы на советских воинов". В тех случаях, когда факты признавались чаще всего звучало оправдание - темпераментные красноармейцы мстили немцах за их зверства в СССР.

Есть множество свидетельств того, что красноармейцев на немцев натравливало начальство - с пропагандистскими целями, в качестве поощрения и к качестве компенсации за невыносимые условия службы.

В книге Александра Гогуна про партизанское движение на Украине есть специальная глава "Половая распущенность".

Вот кусок из нее, во многом объясняющий то, что происходило позже в Германии. Думаю, мотивация преступлений партизан против гражданского населения оккупированной советской территории не сильно отличалась от мотивации краснорамейцов, насиловавших и грабивших немецкое население в 1945 г."


Александр Гогун. "Сталинские коммандос",
Москва 2008.


Отрывок из главы
"6.3. Половая распущенность", сс. 370-375

В начале главы описывается "семейная жизнь" командиров партизанских отрядов, имевших множество временных жен.

„…Не были исключением в смысле отношения полов и партизанские вожаки ГРУ.

Алексей Федоров заявлял, что в разведбригаде Антона Бринского «на почве разврата командного состава отрядов указанного соединения заболевания всякого рода венерическими заболеваниями являются обыденными и массовыми»127. Сам Бринский в ответ на обвинения Федорова утверждал, что среди его партизан отмечалось «до 20 случаев венерических заболеваний со стороны бойцов и командиров»128. По свидетельству бывшей партизанки этой бригады Фаины Соломян-Лоц, замужняя партизанка Евдокия Кузнецова, заразившая пятерых командиров, была расстреляна за это как «предатель Родины»129. Позже командир разведбригады утверждал, что после гибели супруги муж Кузнецовой бежал из рядов красных в УПА, а убивший больную женщину командир Перевы-шко был снят Бринским со своего поста130.

Поскольку использование контрацептивов в СССР, а тем более в партизанских отрядах в 1940-х гг. не было широко распространено, природное следствие оживленной половой жизни давало о себе знать. Например, разведсообщение ОУН февраля 1944 г. информировало о ситуации в соединении Алексея Федорова: «У каждого командира, комиссара или лейтенанта есть при себе жена или любовница, с которой спит. Почти каждая жена уже беременна»131. Во время архивного поиска автор нашел лишь два ответа на вопрос о том, что происходило с детьми, если во время их рождения не было перспективы скорого прихода Красной армии. В частности, в отряде Ковпака командиры пытались отправить на самолете в тыл вместо раненого бойца беременную жену132. Упомянутый Григорий Балицкий в дневнике описывал другой путь исчезновения младенцев из отрядов партизан: «Обстановка обстановкой, а малые дети, партизаны рождаются. В эту ночь родился ребенок у Екатерины Рудой. Не знаю, чем кончится жизнь этого малютки... Обычно рождающиеся дети в партизанских отрядах долго не живут, их душат, как мышей. Такая доля этого ребенка также ждет»133.

Сексуальная жизнь участников партизанских отрядов показывает, насколько силен был разрыв в положении командного и рядового состава в отрядах: простые партизаны не имели постоянных любовниц и жен. Американский исследователь Эрл Зимке полагал, что «рядовым партизанам интимная связь с женщинами возбранялась по соображениям морального и дисциплинарного порядка...»134. О половой морали и дисциплине красных командиров УШПД в связи с приведенными фактами говорить не приходится. Основным мотивом запрета было нежелание отягощать боевую единицу «балластом» из женщин и детей простых партизан.

Рядовые удовлетворяли свои естественные потребности другими способами. Как правило, на территориях, до 1939 г. входивших в СССР, в частности центральных и восточных областях Украины, партизанские командиры строго — вплоть до расстрела — боролись с сексуальным насилием простых партизан в отношении мирного населения. Поэтому такие действия были довольно редки. Например, бандеровское донесение, возможно, еще больше драматизирует описываемые печальные события, но в любом случае речь идет не о повальном явлении: «Бывают частые случаи насилования женщин (села Миньковка, Поропивка Потиевского района Житомирской области (сейчас — Радомыщльский район Житомирской области. — А. Г.))»135. Та же терминология, подтверждающая сдержанность сексуального насилия коммунистов, используется другим бандеровцем в описании ситуации на Западном Полесье (юго-западные территории БССР) в августе 1943 г.: «Красные немилосердно грабят население, терроризируют его, редко когда ходят трезвые, и даже насилуют женщин»136. Население на этой территории колебалось между УПА и советскими партизанами, поэтому, очевидно, последние не позволяли себе совсем уж разгульного насилия.

Возможно, что насилие допускалось партизанскими командирами в отношении лиц, приговоренных партизанами к уничтожению. Еще до создания УПА партизаны упомянутой бригады Антона Бринского начали устраивать расстрелы полицаев и членов их семей. По свидетельству жительницы села Старая Рафаловка Раисы Сидорчук, сестер коллаборационистов из семьи Пасевич перед тем, как убить, использовали в сексуальном смысле: «...На глазах у матери изнасиловали старшую дочь, Лизу. С Надей расправились в особенности жестоко, ее изнасиловали, выкручивали руки, истязали. Клаву тоже, прежде чем убить, изнасиловали...»137 Однако это на настоящий момент единственное соответствующее свидетельство, а выводить тенденцию можно на основании хотя бы нескольких фактов.

Зато фактов в изобилии хватает о сексуальном насилии партизан в западных областях УССР. Очевидно, что многие командиры, рассматривая местное украинское население как враждебное, позволяли подчиненным едва ли не любые «проделки».

Характерное описание ситуации на территории Волынской области: «В с. Мшанци, Головной (сейчас — Любомль-ский район Волынской области. — А. Г.) и других насиловали женщин и девчат. В Головной был такой случай: один красный] на дворе хотел насиловать 14-летнюю девушку. Ее отец, прятавшийся в подвале, не вытерпел, вышел и начал его укорять. Красный побил его за это до полусмерти»138.

В феврале 1944 г. в Гороховском районе Волынской области был зафиксирован показательный случай: «Оперируя по селам, красные насиловали женщин. Напр[имер], насиловали 60-летнюю женщину в Клене. В с. Воромли во время насилования 5 девчат вошел красный старшина-лейтенант. Когда запретил этот поступок, чуть его не застрелили, и он ушел»139. После войны Дмитрий Медведев вспоминал о подобном факте: когда чекист беседовал с командиром 12-го батальона соединения А. Сабурова И. Шитовым, будущим командиром Тернопольского соединения, и командиром 7-го батальона Л. Ивановым, будущим командиром Волынского соединения, о том, что их бойцы занимаются бандитизмом и грабежами, не говоря о пьянстве, и требовал навести порядок, дисциплину, «бывший комиссар батальона Шитова сказал мне: „Что Вы хотите, чтобы нас в первом же бою убили наши партизаны?" Они боялись своих партизан»140.

Но вернемся к бандеровским отчетам. В Тернопольской области в марте 1944 г. красные, по свидетельству националистов, в первую очередь стремились найти и уничтожить членов ОУН, но этим не ограничивались: «Другим их занятием является — „Давай водку, сало". Когда достанут водки, пьют до потери здравого смысла. Кидают оружие, стреляют в хате, валяются по земле. Массово насилуют женщин под угрозой револьвера. К изнасилованным женщинам идут „в очереди". Идет 10—20 человек к одной насилуемой женщине. Есть массовые случаи, что в одном селе насилуют от 20 до 50 женщин»141.

Через две недели во Львовской области наблюдалась точно такая же картина: «Партизаны напиваются до беспамятства, а в таком состоянии насилуют женщин»142.
(…)

В конце раздела о дисциплинарных нарушениях в одной из военной структур СССР имеет смысл привести одно очень важное свидетельство. Принадлежит оно коммунисту, а позднее антикоммунисту Миловану Джиласу.

В 1944 г. население Югославии испытало на себе разгул мародерства и насилия советских солдат. От жалоб местных коммунистов офицеры и генералы просто отмахивались. Вышестоящее политическое руководство в ответ на представленные конкретные факты и выражаемую обеспокоенность «политическим эффектом» от поведения красноармейцев начинало требовать уважения к Красной армии. В конце концов делегация югославских коммунистов сообщила о происходящем лично Сталину. Неожиданно тот расплакался, разразившись тирадой о величии собственных вооруженных сил: «И эту армию оскорбил не кто иной, как Джилас!.. Знает ли Джилас, который сам писатель, что такое человеческие страдания и человеческое сердце? Разве он не может понять бойца, прошедшего тысячи километров сквозь кровь и огонь и смерть, если тот пошалит с женщиной или заберет какой-нибудь пустяк?»145 Мемуары — ненадежный источник. Джилас мог исказить слова «вождя народов». Однако поведение солдат и офицеров Красной армии в Восточной Европе в 1944—1945 гг. заставляет с доверием относиться к этому свидетельству всемирно известного югославского литератора. Идущее с самой вершины пирамиды власти осознанное попустительство определенному ряду нарушений дисциплины являлось одной из отличительных особенностей поведения командиров и, следовательно, рядовых в силовых структурах сталинского СССР.“
Tags: "неудобная" история
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments