beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

ГЕРНИКА - фальсификация истории, которой нет конца? (70 лет спустя)

Под ключевым словом „фильсификация истории“ Большой толковый словарь Брокхауза, Энциклопедический словарь Мейера, Универсальный лексикон Дудена и другие понимают следующее:“Фальсификация истории - это сознательно искажённое представление исторических событий“. Следовало бы дополнить это определение словами: „Умолчание или принижение значения исторических событий“. Это расширенное толкование понятия настоятельно необходимо, прежде чем мы приступим к исследованию темы „ГЕРНИКА“, которая до сегодняшнего дня всё ещё „обрабатывается“ и „завершается“. Эти термины в нынешнем понимании означают ничто иное, как „интерпретировать“, или, точнее выражаясь, дорабатывать исторические факты для их соответствия определённым политическим целям современности. Самый свежий пример тому - лишение звания традиционно уважаемого в Бундесвере Вернера Мёльдерса бывшим министром обороны Штруком.

Однако, перейдём к чисто историческим фактам: во время гражданской войны в Испании,
начавшейся 17 июля 1936 года и продолжавшейся до 1 апреля 1939 года, на стороне генерала Франко, испанских „правых“, в военных действиях против правительства народного фронта участвовали немецкие и итальянские части, в то время как на стороне „республиканцев“ воевали прежде всего советские и французские соединения. Состоящий в основном из немецких лётчиков “Легион Кондор“ достигал численности 5.000 солдат, в то время как количество бойцов итальянского добровольческого корпуса составляло порой до 50.000 человек. В ходе боевых действий на севере Испании не были гарантированы от воздушных налётов также города и сёла так называемой „Aвтономной баскской республики“. Поздним вечером 26 апреля 1937 года городок ГЕРНИКА был объят пламенем. Это был населённый пункт в провинции Вицкайа, где рос старейший дуб, под которым в прошедшие времена испанские короли клялись в соблюдении особых прав баскского народа, и который поэтому являлся символом баскской свободы и независимости. Сопротивляясь почти неизбежному
поражению, президент басков Хосе Антонио Лекубе не допустил ни малейшего промедления и решил уже 27 апреля 1937 года в пропагандистских целях использовать разрушение Герники как возможность финансирования своих, готовых к упорному сопротивлению, вооружённых сил,- и последствия этого шага сказываются по сегодняшний день! Что в самом деле случилось в тот день, 26 апреля 1937 года в Гернике? По этому вопросу существует две версии события, причём, каждая из тогда (да и теперь -- прим. переводчика ) противоборствующих сторон защищает свою: а) представление красно-испанской (республиканской) стороны, которая, выражаясь кратко, утверждает, что немецкие лётчики „Легиона Кондор“ совершили террористический налёт на
Гернику,

б) представление национально-испанской стороны, которая утверждает, что это „красные“ испанцы при отступлении сами взорвали и сожгли город.
Их этих двух версий более распространена „красно-испанская“ - вследствие использования современных методов пропаганды, соответствующей поддержки левых партий и особенно благодаря коммунистическому пропагандистскому центру Коминтерна в Париже; она получила широкое распространение также и в странах западных демократий. И, напротив, национально-испанская пропаганда за рубежом не имела успеха. Непосредственно после трагического нападения на ГЕРНИКУ стало ясно, что оно было следствием боевых действий в гражданской войне в Испании, сопровождаемых политическим и идеологическим проти-востоянием, которое левые представили как преимущественно „не функционировавшее“ (слово, особенно часто употребляемое с 1968 года). И - как уже упоминалось - этот случай до сегодняшнего для всё так же находится в „обработке“ и в стадии „завершения“.
Особенностью этой гражданской войны было то, что в неё, как тоже было сказано, вмешались многие иностранные державы, и, в первую очередь, Советский Союз (естественно, на стороне коммунистических красно-испанцев), и Италия с Германией - на национально-испанской стороне. Немецкое военное подразделение, которое поддерживало генерала Франко, состояло из добровольцев „Легиона Кондор“. Командиром этого легиона был будущий генерал-фельдмаршал Гуго Шперрле. В нём служили среди прочих и воздуш-ные охотники Вернер Мёльдерс и Адольф Галланд.


Но вернёмся к ГЕРНИКЕ.

26 апреля 1937 отдельные звенья „Легиона Кондор“ (некоторые авторы пишут, что в этом принимали участие и итальянские самолёты)
совершали налёт на военные цели под Герникой (это около 20 км восточнее Бильбао), где базировались крупные силы красно-испанских войск. Для того, чтобы исключить быстрый отвод красных частей, необходимо было разрушить маленький мост (Рентарийский мост) через реку Рио Оса. Этот мост и был целью воздушного нападения авиации. Но, поскольку в то время не было приборов для прицельного автоматического сброса бомб, а также в связи с плохой видимостью, мост уцелел ( мы и сегодня почти ежедневно узнаём, что даже супер-современные, управляемые лазером системы для сброса бомб не всегда
обеспечивают необходимую точность бомбардировок. При этом говорят о „коллатеральном ущербе“, то есть, ущербе, нанесённом „соседним объектам“!). Никто не возражает, что при налёте бомбы падали и на город, в котором было не меньше 4-х (!) заводов по производству боеприпасов и прочей военной продукции (в том числе и взрывчатки - прим. переводчика) и который был полностью забит войсками.

Доказано, что воздушный налёт на Гернику был тактической операцией для поддержки наземных войск в ходе запланированного наступления. Но со времени этого события миром правит левая пропаганда злодейств, и, в первую очередь, этим занимаются немецкие средства массовой информации (?!), которые заявляют: налёт „Легиона Кондор“ на ГЕРНИКУ по многим причинам нельзя считать военным мероприятием, „он должен был стать и стал подлой, запланированной немцами, террористической акцией“. Инициатором этой пропагандистской лжи был корреспондент „Таймса“ Джордж Л. Штеер. Он утверждал уже 28 апреля 1937 года, что главной целью этого налёта было терроризирование и запугивание населения. Причём, сама ГЕРНИКА не имела никакого военного значения, находилась далеко за линией фронта, но, тем не менее, бомбардировка продолжалась 3,5 часа, самолёты пикировали с большой высоты, чтобы затем с короткого расстояния преследовать спасающееся бегством население и расстреливать людей. Это был „первый в истории террористический налёт с бомбардировкой по площадям с целью уничтожения населения“, спланированный немецким правительством, чтобы проучить и оказать на него деморализирующее воздействие. Он также указал число жертв в количестве 1654 убитых и 889 раненых. Это числа, которые своей точностью не могут психологически не впечатлять! И такое утверждение продолжает оказывать воздействие до сих пор, вот уже более 70 лет после события. Так что же, получается, что наш федеральный Президент Роман Герцог в 1997 году, по поводу 60-летия этого „преступления“ имел все основания просить прощения у жителей города ГЕРНИКА?

Посмотрим, как выглядит историческая доказательная база. Вот выдержки из „Докладов“, опросов свидетелей, литературных источников и военных дневников. Озабоченного пропагандистской сенсацией корреспондента „Таймса“ мы уже упоминали.
Испанская послеобеденная газета „ЛА ТАРДЕ“ сообщила 27 апреля 1937 года, „что в ГЕРНИКЕ фактически было меньше мёртвых, чем на первый взгляд предполагалось.“ А в сообщении агентства Рейтер от 27 апреля 1937 года, опубликованного сразу в 3-х лондонских газетах, говорилось о „сотнях мёртвых“. „Монреал Дэйли Стар“ сообщила 30 апреля уже о более чем 1.000 жертв! 16 июня в официальной статистике правительства народного фронта были обнародованы уже знакомые цифры: 1654 убитых и 889 раненых. В докладе по расследованию этого случая национальным правительством Испании приводятся данные о менее чем 100 погибших. После Второй мировой войны эта картина также существенно не изменилась. Особенно отвратительную клевету позволил себе пишущий под именем Петер Бамм хирург, доктор Курт Эммрих. В своей книге “ Время человека“ он на стр. 252 пишет:
“ Для проверки боевых качеств пикирующих бомбардировщиков, безо всякого на то основания, был превращён в щебень и пепел маленький городок ГЕРНИКА... Пятая часть его жителей (а это значит, почти 1.000 человек - прим. автора) стали жертвами этого налёта.“

Но дело в том, что пикирующие бомбардировщики в налёте вообще не принимали участия, а указанное число жертв во много раз завышено!
Примечательны числа в ФАЦ (Frankfurter Allgemeine Zeitung), все сообщения в которой принадлежат перу Вальтера Хаубриха: 6-го апреля 1977 года он назвал цифру 1.000 убитых, месяцем позже, 2-го мая 1977 года, уточнил, „что число заплативших жизнью жертв колеблется между 250 и 1.500“. 11-го февраля 1978 года он поделился с читателями, что налёт на ГЕРНИКУ „лишил жизни большую часть населения этого баскского города. 25-го апреля 1987 года он всё же признал: „Первые данные, полученные от республиканской стороны (1.500 - 2.000 жертв) были завышены. Но, тем не менее, многие сотни жителей... потеряли свои жизни.“ Хуг Томас („Испанская гражданская война“, Лондон, 1961год) называет цифры: 1654 погибших и 884 раненых. Луис Суарес Фернандо („Франциско Франко и его команда“, Мадрид, 1984 год) говорит о примерно 100 убитых, и называет число жителей города в то время: 4.154 человека. Йезус Залер в своей книге „ГЕРНИКА“ (1987 год) на основе собственных подсчётов называет цифру 120 убитых, из которых удалось идентифи-
цировать только 20 человек. Но особенно характерным примером того, как распространяется застарелая ложь пропаганды, является статья в одной немецкой дневной газете и в передаче „Монитор ВДР“ (Мonitor WDR ).

В газете „Вестдейчен Алльгемейне Цейтунг“ от 11-го мая 1987 года Ганс Георг Глазер кроме прочего писал: “ Слово ГЕРНИКА стало символом бом- бового террора против беззащитного гражданского населения... Вероятнее всего, это массовое убийство мирных жителей было направлено на деморализацию баскского населения... Жизни 1654 гражданских лиц унесли бомбы и бортовое оружие во время этого вечернего налёта 26-го апреля 1937 года.“ В телепередаче „Монитор“ от 19 мая 1987 года Вольфганг Ландгрёбер сказал, в частности: „Почти четыре часа длились волновые бомбар- дировки „Легиона Кондор“. Это была первая бомбардировка по площадям в мировой истории. О количестве жертв можно говорить только примерно: от 1.000 до 2.000 убитых и около 800 раненых“. Вырезки из чёрно-белых плёнок, которые демонстрировал при этом Ландгрёбер, были специально смонтированы - они не были сняты во время налёта на ГЕРНИКУ. Число жертв так же недостоверно, как и вышеописанные утверждения.

А 18.07.1987 года в газете „Вельт“ („Die Welt“) можно было прочесть: “ Как в древние времена сочинялись мифы, мы не можем знать точно. А вот как с помощью психологической службы ведения войны создаются современные целенаправленные мифы, мы можем в точности изучить на примере версии воздушного налёта на мост и перекрёсток дорог перед ГЕРНИКОЙ“. Ещё 1-го февраля 1988 года „Spiegel runde Zahlen“ (в переводе: „Зеркало круглых цифр“-(переводчик) объявил: 1.600 убитых, 900 раненых“. Одним из тех, кто эту цифру достоверно знать должен, является Дон Кастор де Уриарте, тогдашний городской архитектор и начальник пожарной службы ГЕРНИКИ. Он лично пережил налёт. В 1976 году он обнародовал свой отчёт о событиях в ГЕРНИКЕ под названием „Бомбы и ложь над ГЕРНИКОЙ“. В нём он отразил в принципе безуспешную борьбу с пожаром и извлечение из руин мёртвых, число которых он называет от 200 до максимально 250 человек. А в 1987 году генерал испанских военно-воздушных сил Йезус Салас Ларсазабель, который сам уже не принимал участия в гражданской войне, в своей книге обнародовал цифру: 120 человек убитыми. Испанский журналист Виценте Талон высказал своё мнение в книге “ АРДЕ ГЕРНИКА“, увидевшей свет в 1970 году: на основании данных администра-ции кладбища, их число было меньше, чем 200.

Американский историк Альфред де Цайас посетил ГЕРНИКУ в 1972 году и расспрашивал среди других и священника Дона Хосе Луиса Абамза, который молодым человеком воевал на стороне басков. Последний считает, что число 200 соответствует реальному количеству жертв. Выдержки из доклада
национально-испанского расследования, что город был подожжён красной милицией и разрушен с помощью организованных ею же взрывов, рассматриваются в общем, как „дешёвая пропаганда, призванная скрыть истинные причины разрушения“.

По этому поводу дадим слово очевидцу события, который офицером принимал активное участие в том налёте на ГЕРНИКУ. Подполковник в отставке фон Кнауер, тогда командир 1-й эскадрильи полка К 88, осматривал по заданию начальника штаба полка фон Рихтхофена город через 5 дней после налёта с целью установить его последствия. Он писал об этом следующее: „Мост был, несмотря на хорошее бомбометание, не слишком повреждён, а вот части города разрушены серьёзно, прежде всего рыночная площадь, на которой ещё лежат трупы лошадей. Действие наших 50-килограммовых бомб не могло быть таким разрушительным.
Как я выяснил через моего переводчика, у местных жителей, так называемые „ДИНАМИТЕРОСы“ (горняки-взрывники, воевавшие на стороне „красных“- прим. автора) имели в городе большой склад взрывчатки, который либо вследствие нашего налёта, либо непосредственно сразу после него, был взорван. И именно этот взрыв был главной причиной, вызвавшей большие разрушения, и исчерпывающе их объясняет. Я сообщил всё это детально подполковнику фон Рихтхофену, а также моему командиру майору Фуксу“.

Долгим пропагандистским воздействием, которое до сих пор продолжает оказывать тема ГЕРНИКА, она в немалой степени обязана картине Пабло Пикассо, и этого нельзя упускать из виду, причём здесь, само собой разумеется, речь идёт не о художественно-критической оценке полотна. Продолжающееся и поныне влияние картины Пикассо на политику, в частности, на политическую агитацию, требует некоторого размышления. В общем-то, эта картина является работой по заказу, который Пикассо получил уже в январе (!) 1937 года от республиканского правительства, и, что самое интересное, для павильона страны на
Всемирной выставке в Париже 1937 года. Откровенно говоря, до самого апреля Пикассо не имел никакого представления о содержании будущей картины, пока ему не сказали, что это должна быть огромная картина, чтобы пробудить интерес массовой публики к восприятию идей красного правительства народного фронта.

И тут как нельзя вовремя произошёл воздушный налёт на ГЕРНИКУ, и у Пикассо появилась тема. Имеются доказательства того, что он только перенял и изобразил на полотне предложения писателя Хуана Каерры, потому что сам Пикассо жил в Париже, то есть, он не только не пережил налёт лично, но и близко не был к месту, где изображаемое событие произошло. В „Большом карманном словаре“ Майера, изд. 1987 года, можно прочесть, что картина возникла на основе эмоционального потрясения разрушением ГЕРНИКИ. И тут напрашивается вопрос, почему это потрясение случилось только 26 апреля 1937 года, ведь с начала гражданской войны было много подобных возможностей. Уже с сентября 1936 года, как только республиканские войска начали господствовать в небе, последовало множество массированных налётов авиации народного фронта на города в областях, находящихся под контролем испанского национального правительства. Вот что писала, например, „АВС-Мадрид“ 10 сентября об успешной бомбардировке ГИЙОНА , а 11 сентября можно было прочитать: “ТЕРУЕЛ почти полностью разрушен нашими военно-воздушными силами. Самолёты сбрасывали по различным целям вызывающие пожары бомбы ... Экипажи видели, как население в панике покидает город.“ Но если бы Пикассо сделал ТЕРУЕЛ темой своей работы, он непозволительно нарушил бы условия заказчика и его интересы. Вывод: независимо от её художественной ценности, его картина была и сейчас является инструментом пропаганды, которая служила и служит до сегодняшнего дня целям политического и духовного противостояния.



Попытка заключительной оценки

Прежде всего, следует понять, что ни так называемые косвенные доказательства, ни сами налёты на определённые приоритетные цели не позволяют заключить, что Легион Кондор имел специальное задание разрушить священный для басков город и ввергнуть его жителей в панический страх. Теория террора, которая является единственной сердцевиной „символа ГЕРНИКА“ , имеет право быть так обозначенной, то есть, является боевым и психотеррори-
стическим инструментом левых. Cовершенно очевидна полная несостоятельность “легенды о бомбовой террористической войне“, которую немецким военно-воздушным силам со времён ГЕРНИКИ (и РОТТЕРДАМА- прим. автора) пытаются фальшивым образом приписать как основную доктрину боевых действий. По этому поводу американский профессор истории Джеймс С. Корин сказал: „В действительности террористические бомбардировки гражданского населения не были частью доктрины немецких военно-воздушных сил перед войной“, то есть, и „ГЕРНИКА 1937 года, и РОТТЕРДАМ 1940 года подвергались бомбёжкам
с военной точки зрения только для поддержки наземных войск... Эти бомбардировки ни в коем случае не были террором мирного населения... Люфтваффе отбрасывала террористическую войну в межвоенное время категорически...“ (Джеймс С. Корум, „Люфтваффе.

Тактическая организация воздушного боя в период с 1918 по 1940 годы“). А английский правозащитник Д.М. Шпайт тоже подтвердил этот факт уже в ходе войны как госсекретарь британского министерства воздушного флота, написав: „Мы первыми начали бомбардировать гражданские цели на германской территории... Это исторический факт“. И американский историк Джеффри В. Легро подтверждает, что „Великобритания первая и сознательно перешагнула предел, ограничивающий ведение воздушной войны.“ („Сдерживание и эскалация во Второй мировой войне“, университет Миннесота, 1992 год). 5-го июля 1940 года Черчилль писал Бивербруку: „Ничто иное не может заставить немцев одуматься и поставить их на колени, как абсолютно разрушительный и истребительный налёт наших сверхтяжёлых бомбардировщиков на родину нацистов“( Джон Колвилл, „Торжество мощи“, Даунинг Стрит Дьярис 1939-1955, Лондон, 1985 год). Таковы факты, которые совершенно однозначно разоблачают ложь пропаганды, показывая, что она из себя представляет “инструментализирoванное искажение исторического прошлого, направленное против Германии, против немецкого народа и всяческое отстаивание тезиса о единоличной вине Германии в войне.“

Увы, такого заключения не сделал бывший федеральный Президент перед тем, как поехал в 1997 году в ГЕРНИКУ и, как это у нас принято, принялся извиняться за „преступление“, совершённое немцами в 1937 году. Вообще-то, от немецкого Президента следовало бы (и даже должно было) ожидать, что он будет более информирован об исторических фактах, прежде чем выступит в роли великого инквизитора собственного народа. - Как это звучит в тексте
его служебной присяги? ...“что я отдам все свои силы на благо немецкого народа, для приумножение его богатства и отведения от него всяческого ущерба“. ... И только в конце я ещё раз хочу напомнить, что германский Бундестаг 24.04.1998 года всего при единственном голосе „против“ принял постановление о том, „что спланированный воздушный налёт на гражданское население: женщин, детей и мужчин в Гернике был военным преступлением, за которое Бундестаг просит прощения“. К сожалению, это лишь однa из многих печальных глав немецкого мазохистского самооговора, который подобно могильной
плите лежит на нашей стране. „Таким образом, ГЕРНИКА ещё долго будет предстaвлять собой боевой символ антифашистов, потому что символы подобного рода черпают свою силу из хитроумно изобретённых идеолого-политических убеждений, но ни в коем случае не из действительности (т.е., исторических фактов и событий- прим. автора). Это несомненно, и особенно относится к символу ГЕРНИКА.“

Именно поэтому так важно этой пропагандистской лжи нашего времени противопоставить всю силу правды. Она однажды непременно победит, и мы должны не просто обладать терпением, опираясь на неопровержимые документальные аргументы, но и иметь мужество противопоставить себя господствующему духу времени. Стало почти политической догмой преуменьшать немецкие жертвы и преувеличивать немецкую вину. Я убеждён, что проведённые на месте события расследования всемирно признанного правозащитника и историка Альфреда де Цайаса, высказывания полномочного городского священника ГЕРНИКИ, а также свидетельство подполковника в отставке фон Кнауэра откроют правду всем. Эту статью я хочу завершить словами А. Шопенгауэра: „У правды долгая жизнь,- и она умеет ждать. Нам нужно лишь позаботиться о том, чтобы время ожидания не затянулось“.
В заключение я позволю себе гипотетический, но заставляющий глубоко задуматься, вопрос:

„Как развивалась бы история Европы, если бы в Испании победили коммунисты?“


Подполковник Бундесвера в отставке Альфред Ципс.

Перевод Виталия Киллера, сентябрь 2013

http://bisher.schutz-brett.org/777-gernika-falsifikaciya-istorii-kotoroy-net-konca-70-let-spustya.html
Tags: Мы не забыли. Мы не простили.
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments