beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

«Победители». От «judenfrei» к «deutschenfrei».




Солонин в цитированной выше работе высказывает мнение, что «…„жажда мести“, охватившая солдат Красной Армии в момент перехода границ Германии, была и не единственной, и не самой важной в ряду причин, обусловивших ужасные события на земле Германии». Из других причин он называет:

– Катастрофическое падение воинской дисциплины, каковое падение, конечно же, не с неба упало, а было вполне закономерно обусловлено открытым и массовым мародерством командного состава.

– Радикальная смена состава и человеческого «качества» призывного контингента.

Мародерство было санкционировано свыше – в объемах, строго зависящих от звания мародера, я хотел сказать – военнослужащего. Но чем выше был чин, тем меньше его можно было контролировать. Солонин приводит протокол обыска дачи бывшего Главкома группы Советских оккупационных войск в Германии маршала Г.К. Жукова, каковой имел место 10 января 1948 года (когда на Жукова понадобился компромат). Впечатляет. А рыба, как известно, гниет с головы.

Приказ № 006 Военного Совета 2-го Белорусского фронта от 22 января 1945 г констатировал, что «наряду с ограблениями, мародерством, поджогами наблюдается массовое пьянство… машины загружены всевозможными предметами домашнего обихода, захваченным продовольствием и гражданской одеждой до такой степени, что стали обузой для войск, ограничивают свободу их передвижения и снижают ударную силу танковых соединений». В приказе командующего 1-го Украинского фронта маршала И.С. Конева от 27 января 1945 г. отмечалось, что в ходе проверки были выявлены танки, забитые награбленным барахлом до такой степени, что не оставалось места для экипажа. Армия разлагалась и дичала…

Что касается «смены состава», то Солонин считает, что большие потери личного состава в первые годы войны вынуждали Ставку пополнять его за счет отбывавших сроки уголовников и контингента с освобожденных территорий, где было немало бывших полицаев, карателей, а также дезертиров и т.п., то есть людей, изначально высокими моральными качествами не отличавшихся.

А теперь о главной причине разложения армии. Солонин пишет: «Верховный Главнокомандующий Генералиссимус Сталин несет личную ответственность за военные преступления, совершенные на земле Германии, уже в силу того очевидного и бесспорного правила, по которому командир несет ответственность за действия своих подчиненных. Надеюсь, с этим утверждением немедленно согласятся все те, кто любит повторять: „Сталин выиграл войну“. Ну, если он ее один выиграл, то и судить за не имеющие срока давности военные преступления надо его одного…»

Ау, господа сталиннсты! Есть возражения?

Но читаем Солонина дальше: «Есть, однако же, и более серьезные причины предполагать, что массовое зверское насилие над гражданским населением Германии было с преступным умыслом организовано Сталиным и его подручными. То, что на первый поверхностный взгляд кажется взрывом „слепой стихии мщения“, могло быть заранее спланированной и проведенной в жизнь с циничным и корыстным расчетом операцией».

Мы привыкли считать, что послевоенный мир был устроен по соглашениям, выработанным союзными государствами – США, Великобританией и СССР – на конференции в Ялте (февраль 1945 года). Представляли мы это себе примерно так: заседали комиссии экспертов, которые обсуждали, какие регионы к каким государствам должны отойти, прохождение будущих границ в Европе и т.п., затем выработанные комиссиями предложения выносились на суд глав трех государств, которые окончательно их утвердили. В июле 1945 года была еще, правда, Потсдамская конференция, ну, на ней, вероятно, уточнили какие-то второстепенные детали. Послевоенный мир так и назывался «миром Ялты». В 90-е годы, когда распалась Организация Варшавского договора, пала Берлинская стена, говорили: рушится мир Ялты.

Теперь посмотрим, как реально строился послевоенный мир в Европе. Обратимся, вслед за Солониным, к стенограмме Потсдамской конференции. Пятое заседание, суббота 21 июля 1945 года:

Сталин: «Американское и британское правительства предлагали нам несколько раз не допускать польскую ад­министрацию в западных областях, пока окончательно не решен вопрос о западной границе Польши. Мы не смог­ли следовать этим предложениям, так как немецкое насе­ление последовало на запад вместе с отступавшими не­мецкими войсками…»

Трумэн: «Определение будущих границ – задача мир­ной конференции».

Сталин: «Очень тяжело восстановить немецкую администрацию на этой территории, все [немцы] разбежались».

Трумэн: «Я полагаю, что мы в свое время сможем дос­тичь соглашения о будущих границах Польши, но сейчас меня интересует вопрос об этих областях на время окку­пации».

Сталин: «Эти области на бумаге относятся к территории немецкого государства, на самом деле это – польские территории, так как не­мецкого населения на них больше нет».

Трумэн: «Девять миллионов немцев – это очень много».

Сталин: «Они все бежали».

Черчилль: «Еще одно замечание по заявлению генералиссимуса Сталина о том, что все немцы покинули эти области. Имеются другие данные, которые говорят о том, что там все еще остаются от двух до двух с половиной миллионов чело­век. Эту ситуацию необходимо изучить».

Сталин: «Война привела к тому, что из этих восьми миллионов немцев там не осталось почти никого… Когда мы пришли в ту зону, которая рассматривалась в качестве приращения к польской территории, там из немцев не осталось никого. Таков был ход вещей...»

Черчилль: «Немедленное переселение вось­ми миллионов человек – это дело, которое я поддержать не могу. Широкомасштабное переселение будет шоком для моей страны... Если немецкое население не обеспечить достаточным количеством продоволь­ствия, то в нашей собственной зоне оккупации воцарятся условия, сходные с немецкими концентрационными лагерями, только в еще больших размерах».

Сталин: «Но вы можете покупать зерно из Польши».

Черчилль: «Мы не считаем, что эта область является польской территорией».

Сталин: «Там живут поляки, они засеяли поля. Мы не можем требовать от поляков, засеяв­ших поля, отдать урожай немцам».

Трумэн: «Создается впечатле­ние свершившегося факта, что крупная часть Германии отдана полякам... Я считаю, что поляки не имеют права присво­ить себе эту часть Германии и вырвать ее из немецкой экономики...»

Значит, с немецкими землями, отошедшими к Польше, мы разобрались. А далее Солонин сообщает: «Что же касается судьбы Восточной Пруссии, то здесь Сталин не видел даже вопроса для обсуждения, и в Потсдаме он коротко сообщил „союзникам“ о том, что забирает себе северную (прибалтийскую) часть Восточной Пруссии с городами Кёнигсберг и Тильзит».

Вы поняли? Никакого «мира Ялты» в послевоенной Европе не было (непонятно даже, чем «высокие договаривающиеся стороны» в Ялте занимались), а был мир, установленный по сталинскому произволу. И что в этой ситуации было делать бедным нашим союзникам – развернуть свои войска против Красной Армии? Слабо было. Но уже тогда были посеяны первые семена холодной войны.

Трумэн точно определил: Сталин поставил союзников перед «свершившимся фактом». Но «факт» сам «свершиться» не мог, значит, его надо было «свершить». Солонин пишет: «Был только один способ радикального решения вопроса, и Сталин его отлично знал: „Нет человека – нет проблемы“». То есть нужно было в срочном порядке очистить подлежащие аннексии территории от немцев. Но «куда мог Сталин депортировать немцев Силезии, Померании и Пруссии? Возможных направлений было ровно два: или назад, на восток, вглубь советской территории, или вперед, на запад, т.е. в советскую зону оккупации Германии. И в том, и в другом случае кормить 8 млн. иждивенцев (а на шестом году мировой войны население немецкого тыла состояло уже по большей части из женщин, детей, инвалидов и стариков) пришлось бы Советскому Союзу.

Гипотеза, которую я не могу подкрепить никакими прямыми документальными доказательствами, заключается в том, что Сталин принял решение изгнать немцев. Изгнать быстро (быстрее, чем западные „союзники“ успеют понять происходящее и как-то отреагировать), и при этом процесс изгнания поставить на твердую основу самофинансирования. Сталин решил создать на подлежащих аннексии территориях такую обстановку террора и ужаса, чтобы немцы сами, своими силами, на своих машинах, телегах, велосипедах, рыбацких лодках плыли, ехали, шли, бежали, ползли на запад. На запад без остановки, до тех пор, пока не доберутся до английской или американской оккупационной зоны.

Это было трижды „мудрое“ решение: депортация не потребовала от Советского Союза ни одного рубля затрат, в ходе создания предписанной „обстановки“ сталинская номенклатура смогла изрядно набить свои карманы и дачи награбленным добром, а ненавистные „союзники“ получили (по имеющимся, далеко не точным подсчетам) 7 млн. голодных, больных, лишенных жилья и имущества беженцев… Письменного приказа убивать немецких женщин и детей товарищ Сталин, конечно же, не отдавал. Да в этом и не было нужды. Через два десятилетия после прихода Сталина к власти, через семь лет после Большого Террора окружение Сталина состояло из тех, кто понимал волю Хозяина по-собачьи, без слов».

Между прочим, еще Леонид Рабичев в своих записках «Война все спишет» высказал предположение, что командующий 3-м Белорусским фронтом Черняховский, наступавшим в Восточной Пруссии, имел негласное указание поддать немецкому гражданскому населению жару или, по крайней мере, не мешать в этом вверенным ему войскам.

Гипотеза Солонина имеет ряд косвенных, но убедительных подтверждений. Он пишет: «Есть основания предположить, что с выходом наступающей Красной Армии с аннексируемых территорий Силезии и Померании на территорию будущей ГДР бесчинства резко пошли на убыль. По крайней мере, в книге Й. Гофмана все эпизоды массовых убийств происходят в Пруссии, Померании и Силезии, т.е. на территориях, подлежащих аннексии. В Берлине (на глазах офицеров западных союзников и иностранных корреспондентов) „жажда мщения“ ограничилась всего лишь мародерством и изнасилованиями». Дело тут было не столько в «офицерах западных союзников и иностранных корреспондентах», сколько в самих немцах, которым было предназначено строить «первое на немецкой земле социалистическое государство», зачем же было их пугать.

Это подтверждается весьма красноречивым фактом, который приводит Солонин. Подписанная Сталиным директива Ставки ВГК № 11072 от 20 апреля 1945 г. предписывала:

1. Потребуйте изменить отношение к немцам как к военнопленным, так и к гражданским. Обращаться с немцами лучше. Жесткое обращение с немцами вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться, не сдаваясь в плен. Гражданское население, опасаясь мести, организуется в банды. Такое положение нам невыгодно. Более гуманное отношение к немцам облегчит нам ведение боевых действий на их территории и, несомненно, снизит упорство немцев в обороне.

2. В районах Германии к западу от линии устье реки Одер, Фюрстенберг, далее река Нейсе (западнее) создавать немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров – немцев. Рядовых членов национал-социалистической партии, если они лояльно относятся к Красной Армии, не трогать, а задерживать только лидеров, если они не успели удрать.

Слова «изменить отношение» выделены Солонинным. В самом деле, война уже около полугода идет на немецкой территории, и только теперь, когда войска вторгались на территорию будущей ГДР, появилась необходимость «изменить отношение» к населению. Ранее убийства мирного населения советскую Ставку особенно не волновали, а тут даже о «рядовых членах национал-социалистической партии» забота проявлена! Но самый красноречивый момент, на который обращает внимание Солонин: «Директива Ставки была адресована „командующим войсками и членам Военных советов 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов“, но не командованию 3-го и 2-го Белорусских фронтов, ведущих боевые действия в Восточной Пруссии и Померании!»

Но, правда, командующие фронтами и сами спохватывались – ведь армии теряли боеспособность! – и наводили (относительный!) порядок. Первым, как отмечает Гофман, 22 января 1945 года издал соответствующий приказ командующий 2-м Белорусским фронтом Константин Рокоссовский.

Солонин выдвигает еще одну гипотезу, которая «заключается в том, что для расправ с мирным населением были созданы специальные террористические группы („спецбоевки“ НКВД), и сообщения о прибитых за языки к столу детях, распятых в церквах женщинах и прочих невыразимых гнусностях относятся именно к последствиям их действий».

Вначале мне эта гипотеза показалась неубедительной, но, вникнув в некоторые детали ситуации, я склонился к ее принятию. Действительно в книге Гофмана и некоторых других материалах, опирающихся на документальные источники, приведены описания таких зверств (щадя психику наших читателей, я их опускал), до которых простые советские солдаты, даже деморализованные вседозволенностью, не дошли бы. А Сталину, в его предельно циничных расчетах, надо было не просто напугать немцев восточных земель Германии, но вселить в них перед Красной Армией ужас, как перед некой сатанинской силой.

Солонин в этой связи описывает зверства, которые творили «спецбоевки» НКВД на Западной Украине под видом бандеровцев, чтобы дискредитировать последних. На германских землях задача была другая, но методы могли быть те же. И подтверждение этой гипотезе Солонина я нашел в статье Владимира Абаринова «В проклятой стороне» в Гранях.ру от 6 мая 2005 года. Автор сообщает: «5 мая Лаврентий Берия направил в Восточную Пруссию генерал-полковника Аполлонова с целью ликвидации „шпионов, саботажников и других враждебных элементов“ в дополнение к 50 тысячам человек, уже ликвидированных там с января 1945 года, когда эти территории перешли под контроль Красной Армии. Аполлонов со своим войском развернулся в полную силу. К концу мая численность населения Восточной Пруссии сократилась с 2,2 миллиона до 193 тысяч человек. Многие женщины были угнаны без суда и следствия на принудительные работы в Советский Союз, где трудились по 16 часов в сутки на лесоповале и земляных работах. В последующие два года более половины из них умерли».



Берлин, 1945 г.


Нет, конечно, простые советские солдатики с такой задачей, – чтобы менее чем за месяц простимулировать бегство с родной земли (из одной Восточной Пруссии!) более двух миллионов немцев, – справиться не могли. Но и оставшиеся 193 тысячи немцев не надолго задержались. В самом Кенигсберге, отмечает Гофман, «в последующие месяцы советские оккупационные власти попросту уморили голодом 90 000 жителей из примерно 120 000, еще оставшихся в живых». Вскоре в Восточной Пруссии не осталось ни одного немца…

Так что главная вина за зверства советских военнослужащих на оккупированной немецкой территории лежит на «успешном менеджере». В то же время нельзя не отметить, что и многие солдатики были хороши. Они изнасиловали всю Восточную и Центральную Европу – там, где товарищ Сталин в этом особого интереса не имел. Солонин кратко передает опубликованные в «Неве» (№2/2004 г.) воспоминания на этот счет венгерской женщины Алэн Польц. То же самое в широких масштабах имело место в Австрии. Не избежала этого даже ближайшая в то время наша союзница – Югославия. Милован Джилас, один из тогдашних руководителей югославской компартии, в своих «Беседы со Сталиным» писал: когда Красная армия осенью 1944 года вступила на югославскую территорию, «…имели место 121 случай изнасилования, из которых 111 были изнасилованиями с убийствами, 1204 случая мародерства с нападениями». Когда Джилас при встрече со Сталиным пожаловался на это, Сталин ответил в таком духе: ну что, не может солдат после всех ужасов войны развлечься с женщиной?

Но вернемся в Германию. Из восточных земель Германии было изгнано около 9 млн. немцев, еще 3 млн. – из Судет. Везде это принимало зверские формы, в результате чего не менее двух миллионов немцев погибло. Из 470 кв. км исконной (в границах 1937 г.) территории Германии в пользу Польши и СССР было отторгнуто 114 кв. км площади, то есть почти 25%. Плюс к этому территория Судетской области, которая тоже была заселена, в основном, немцами.

Гитлер хотел сделать Германию и всю Европу «judenfrei», Сталин сделал около трети немецкой территории «deutschenfrei»…



http://www.rubezh.eu/Zeitung/2010/06/18.htm

Tags: армия совковых упырей
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments