?

Log in

No account? Create an account

February 28th, 2014

СССР: отношение к своим солдатам, попавшим в плен.

11ul3r9



“На основании германских документов…. Между 22 июня 1941 года и концом войны в германский плен попало около 5,7 млн. красноармейцев. Из них 930 000 человек к началу 1945 года всё ещё находились в немецких лагерях. Максимум один миллион был освобождён из плена – большинство в качестве так называемых “добровольных помощников” для (часто вынужденной) вспомогательной службы в вермахте. Ещё 500 000 человек….бежали из плена или были освобождены Красной Армией. Остальные пленные в количестве около 3 300 000 человек (т.е. 57,7% от общего числа) погибли.

Для сравнения можно указать, что из 232 000 английских и американских солдат, находившихся в руках немцев, до конца войны умерли 8348 (т.е. 3,5%). Из 3 155 000 немецких пленных в Советском Союзе, по оценке одной комиссии историков ФРГ, погибло примерно 1 185 000 человек (37,5%)…..

..к концу 1941 года насчитывалось почти 3,5 млн. пленных советских красноармейцев ….

Проведение германской политики в отношении советских пленных не в последнюю очередь облегчалось тем, что международно-правовые обязательства обеих сторон в военной области не были однозначными. К моменту германского нападения СССР окончательно не ратифицировал Женевскую конвенцию о военнопленных 1929 года, и не признавал себя связанным Гаагской конвенцией 1907 года о ведении военных действий на суше……

Самое позднее в августе 1941 года в кругах Красной Армии стало ясно, что Сталин и руководство армии хотели любой ценой воспрепятствовать тому, чтобы красноармейцы попадали в плен. Уже Устав внутренней службы Красной Армии предусматривал, что советский солдат не может быть взят в плен; если же он сдастся, то это является изменой родине. Первые же крупные сражения в котлах под Минском и Смоленском, в ходе которых более 600 000 советских солдат попали в руки вермахта, усилили у патологически недоверчивого Сталина подозрение, что здесь замешано предательство. 16 августа 1941 года вышел приказ № 270, в котором, в частности, говорилось, что офицеры и политработники, которые сдаются в плен, должны рассматриваться как дезертиры, а их семьи должны быть репрессированы……

Полная ясность в отношении позиции советского правительства возникла не позднее августа 1943 года. Чтобы дать понять советским военнопленным, что они не могут рассчитывать ни на какую помощь, верховное командование вермахта дало указание огласить во всех лагерях заявление, сделанное Кремлём в адрес Международного комитета Красного Креста:

“Россия не имеет своих военнопленных во враждебных странах. Русские, попавшие в руки врага, не выполнили своего долга погибнуть в бою. Вследствие этого глава русского государства не заинтересован в том, чтобы способствовать установлению международной переписки с военнопленными.”

При этом германской стороне не нужно было прибегать к фальсификации. С подобными заявлениями выступили тогда советские послы в Анкаре и Стокгольме.

Советские пленные, которые, как правило, сдавались лишь после отчаянного сопротивления, должны были чувствовать себя преданными собственным правительством, которое не делало ничего, чтобы облегчить их участь. Сознание того, что собственное правительство, которое вынудило их к фатальным битвам в окружении, тем самым, к плену, а теперь рассматривало их как предателей и не делало ничего, чтобы облегчить их ужасную долю, было для части пленных последним толчком к решению пойти на службу к немцам…..

Как в Советском Союзе обращались с собственными пленными, которые бежали из плена или были освобождены или репатриированы после войны ….Многие были расстреляны, так как их сочли вражескими шпионами, другие посланы в штрафные батальоны, где у них почти не было шансов выжить, а третьи, избежав серьёзного наказания, были вновь включены в состав частей действующей армии. ….Для советских военнопленных, которые встретили конец войны в лагерях, с репатриацией на родину страдания не кончились. В других странах пленные были встречены на родине со всеми почестями, были приняты меры, чтобы компенсировать им вынесенные лишения и облегчить включение в нормальную жизнь. Национальная лояльность немецких военнопленных в Советском Союзе никогда не подвергалась сомнению. Вернувшись на Родину, они могли рассчитывать на особое сочувствие со стороны немецкого населения. Даже в Японии, где, подобно СССР, сдача в плен считалась тяжелейшим преступлением, полное поражение страны привело к переосмыслению отношения к пленным. Так как без всяких условий капитулировала целая нация, индивидуальная капитуляция потеряла свой характер бесчестья.

Иначе было в Советском Союзе. Сразу после капитуляции Германии Сталин приказал организовать при фронтовых армиях 100 “фильтрационных лагерей”, в которых бывшие пленные, по 10 000 в каждом, должны были пройти проверку со стороны контрразведки “Смерш”. У пленных, правда, создавалось впечатление, что они избегнут наказания: “Родина зовёт!” – так называлась газета, издававшаяся для пленных, ожидавших в Германии своей репатриации. “Родина вас простила!” – могли они прочитать там. До 1 октября 1945 года было “профильтровано” 5, 2 млн. советских граждан – пленных, рабочих принудительного труда, но также и жителей оккупированных советских территорий. До сих пор неизвестно, каков процент тех, кто был приговорён к наказанию. Приговоры к смертной казни выносились, по-видимому, только высшим офицерам. Пленные, прошедшие проверку в “фильтрационных лагерях”, по большей части, как кажется, были приговорены к 10 годам каторжных работ. Тот факт, что вернувшиеся на Родину вынесли в германском плену тяжелейшие испытания, ни в малейшей степени не повлиял на решение Сталина. Что при всем этом речь шла не об установлении индивидуальной вины каждого, видно из того, что те пленные, которые в роли лагерных полицейских сотрудничали с немцами и мучили своих же товарищей по плену, получили ту же меру наказания, что и их жертвы. Но и те, которые избежали приговора и нового заключения в лагере, несли нас себе клеймо; они подвергались особой регистрации и находились под подозрением у органов госбезопасности.

Весной 1957 года, после XX съезда партии, на котором Хрущёв разоблачил преступления Сталина, осуждённые были амнистированы и выпущены на свободу. Ко многим фактам “чёрной иронии” в их судьбе относится и тот, что ещё в 1955 году, в связи с так называемой “аденауэровской амнистией” были амнистированы советские граждане, отбывавшие наказание в каторжных лагерях за сотрудничество с немцами. Амнистия весны 1957 года не означала, однако, полной реабилитации бывших военнопленных. Вопрос о полной реабилитации рассматривался после XX съезда, но она так и не была осуществлена. Бывшие военнопленные хотя и вышли на свободу, но продолжали носить на себе клеймо. Их укоряли в том, что они “отсиживали время”, “ели фашистский хлеб”, не имея ни малейшего представления о том, что это означало в действительности. Как и во времена Сталина, пребывание в плену считалось пороком, который носители его старались скрывать. Вплоть до 80-х годов в официальных анкетах требовалось указывать даже пребывание в плену близких родственников……

И в брежневские времена судьба бывших советских военнопленных оставалась запретной темой. Поэтому неудивительно, что первое детальное исследование судьбы советских военнопленных, вышедшее в свет в 1978 году в ФРГ, хотя и было сразу же переведено на русский язык для внутреннего пользования в Институте военной истории при советском Министерстве обороны, но одновременно под грифом “совершенно секретно” было спрятано под замок…….

Конечно, верно то, что в первые недели войны тысячи советских солдат перебежали на сторону немцев, то есть, как гласило обвинение в адрес всех бывших военнопленных, “направились в плен”. Однако даже при поверхностном ознакомлении с германскими военными документами не остаётся никакого сомнения в том, что лишь незначительную долю пленных составляли перебежчики. Уже после первых крупных сражений в “котлах” в августе 1941 года немецкие командиры в войсках потребовали отмены приказа о комиссарах, так как после известий о расстрелах перебежчики исчезали, а советские солдаты стали оказывать ожесточённое сопротивление. За 1941-1944 годы, когда германская пропаганда предпринимала огромные усилия, чтобы побудить красноармейцев к переходу линии фронта, существуют статистические данные: в 1942 году было 79 769 перебежчиков, в 1943 – 26 108, а в 1944 году – 9 207. Но за этот же период было взято в плен 2 400 000 советских солдат. Любой ценой удержать линию фронта – отвечало целям германского командования, которое стремилось уничтожить Красную Армию в ходе сражений в “котлах”. Отрезанным от собственного тыла красноармейцам не оставалось иного выбора, как капитулировать, когда у них иссякли боеприпасы, горючее и провиант. Альтернатива могла состоять лишь в том, чтобы подвергнуть себя массовому уничтожению, без возможности оказать сопротивление и без малейшего военного смысла”. (Вторая мировая война. Взгляд из Германии, Москва, 2005 год, стр. 233-253).


Ссылка: http://al-07.blog.tut.by/2009/12/03/sssr-otnoshenie-k-svoim-soldatam-popavshim-v-plen/
Buy for 20 tokens
Те кто постарше наверняка помнят всю неловкость момента, когда после распада СССР, представители бывших союзных республик: России, Украины, Белоруссии, Казахстана, Узбекистана и Армении выступали в Альбервиле как единая сборная, под флагом олимпийского движения. Я тогда ещё не осознавал, что…

О еврейском фашизме

221898_original


Ни в одно ремесло евреи не вкладывают столько сил, азарта, лицедейства, сколько вкладывают они в ложь о своих лишениях, гонениях, оскорблениях, притеснениях, ущемлениях, унижениях, неравных правах с другими народами, – словом, в то, что ими самими зовется почему-то антисемитизмом, хотя никакого отношения это не имеет ни к арабам, ни к мальтийцам, ни к одному другому семитоязычному народу, а выражает лишь нетерпение к одним евреям и только евреям. Но быть равными с другими народами евреи понимают своеобычно. Евреи хотят иметь только права и никаких обязанностей.

Стоило России в 1874 году уравнять евреев в правах с другими народами Империи по несению всеобщей воинской повинности, как тысячи молодых евреев тут же устремились из России, громогласно оскорбляя Россию за ужасное угнетение евреев. Евреи давно мастерят из России чудище антисемитизма, в этой работе им не мешают ни войны, ни революции, ни даже своя собственная еврейская власть в России. «Контрреволюционеры возобновили травлю против евреев, пользуясь голодом, усталостью, а также неразвитостью наиболее отсталых масс и остатками вражды к евреям, которая была привита народу самодержавием. Буржуазная контрреволюция берет в свои руки то оружие, которое выпало из рук царя», – писал Ленин в Постановлении Совета народных комиссаров о борьбе с антисемитизмом и еврейскими погромами в июле 1918 года, требуя от всех Совдепов «принять решительные меры к пресечению в корне антисемитского движения», а антисемитов «ставить вне закона». Следом большевики объявили «смертный бой великорусскому шовинизму».

Да и можно ли было ожидать иного от захвативших власть троцких, свердловых, радеков, кагановичей, урицких, бергманов, фериных, финкельштейнов, мезнеров… в великом еврейском множестве всосавшихся в тело России. Ненавидимое жидами Самодержавие было низложено, вся власть перешла к евреям, доходило до того, что в ряде министерств, комиссариатов, как их тогда называли, не было ни одного нежида, но о русофобии того времени нет ни книг, ни фильмов, ни воспоминаний, зато их полно о… страданиях евреев при Советской власти. И это продолжалось все годы большевизма. Евреи плакали о своих страданиях все восемьдесят лет власти коммунистов, которая, оказывается, сменив антисемитское царское правительство, проводила «политику государственного антисемитизма».

М. С.Горбачев получил премию Царя Давида от евреев как борец «против антисемитизма в бывшем Советском Союзе». Так что с приходом еврейской большевистской власти в 1917 году миф об антисемитизме в России не потускнел, пожалуй, это единственное, что усилиями жидов без ущерба и изъянов перешло из царской России в новое советское государство. Не проходило ни одного визита в СССР президента, министра, именитого артиста или легендарного спортсмена из-за рубежа, чтобы они не попеняли нам за бедных евреев, не замолвили слово о них, «униженных, забитых, оскорбленных».

Но вот снова флаг над Россией сменил свой окрас, теперь он на две трети бело-голубой, больше израильский, чем русский, законом не принятый, самочинно поднятый сионократией, а чучело антисемитизма на прежнем господствующем месте, да уже не одно: рядом с ним, в родство ему, в укрепление его жиды творят еще одно чудо юдное – «русский фашизм». Кого и зачем евреи хотят этими пугалами запугать?

Сегодня в России всецарствие жидов, они на всех ветвях, на всех сучках власти: Гайдар, Бурбулис, Явлинский, Кириенко, Шохин, Жириновский, Чубайс, Сатаров, Батурин, Лившиц, Авен, Мостовой, Ясин, Ресин, Уринсон, Кох, Музыкантский… в жидовских руках пресса: Голембиовский, Яковлев, Познер, Сванидзе, Лошак, Третьяков, Пумпянский, Игнатенко, Бергер, Швыдкой, Гутионтов… у евреев наши финансы, заводы, нефть и газ: Боровой, Березовский, Гусинский, Ходорковский, Хайт, Малкин…

Есть отчего жидам торжествующе, ликующе, напоказ с гигантским размахом праздновать Хануку в Москве под девизом «Эх, хорошо в стране еврейской жить!» Поэтому не нелепо и не смешно, а глумливо, куражом, издевательски над нами звучит надрывным фальцетом еврейский визг и вой о всевозрастающем антисемитизме в России. Дня не проходит без статьи, заметки, письма, реплики, заявления, резолюции об антисемитизме в России. В пик своего всевластия над Россией, когда Правительство возглавил жид, а газеты всерьез обсуждают, быть ли еврею президентом в России, в стране, где еще век назад им была жестко указана черта дозволенного места жительства, жиды не перестают лить слезы и пули о своей униженности, гонимости, о тяжести еврейских страданий на русской земле, и чем больше у них власти в России, чем больше у них в руках награбленных русских богатств, тем с большим надрывом заходятся они в причитаниях о своей несчастной еврейской судьбе в России, договариваясь уже до того, что «пик эмиграции евреев из России приходится именно на последние годы», и вовсе не потому, что в России теперь распахнуты двери настежь, не держава, а проходной двор, хватай, откусывай, воруй и уноси безнаказанно ноги, нет же, плачут евреи, что «только небольшая часть эмигрантов убыла по идейным соображениям, большинство же евреев (здесь и далее по всей статье мои подчеркивания – Б.М.) покинули страну в связи с усиливающейся угрозой зарождения и распространения тоталитаризма и фашизма».

При чтении российской прессы, за редчайшим исключением финансируемой, редактируемой, издаваемой жидами, трудно избавиться от ощущения, что есть еще одна, другая Россия, о которой пишут евреи, не та, в которой мы живем и где пиршествует еврей, а та, где, как пишет еврейская пресса, «ведется открытая антисемитская пропаганда, ведутся противоправные действия по отношению к евреям», где «различные проявления антисемитизма вызывают у евреев неуверенность в своем будущем, у многих – страх погромов и массовой депортации из России», где «возросший за последние годы общественно-политический и бытовой антисемитизм не только угрожает евреям, но и направлен против демократических преобразований в России, против превращения ее в подлинно правовое государство с гражданским обществом», где «тяжкие для евреев антисемитские акции, проводимые ныне в разных регионах и городах России» подталкивают евреев «к решению эмигрировать в другие страны для того, чтобы обезопасить себя, детей, внуков».

«Если ты еврей, то можешь написать монгол, – ерничают жиды о графе „национальность“ в паспорте гражданина России, – тебе: жид, а ты удостоверение – не, я монгол. Посмеются, может отпустят, правда, по лицу все равно дадут, давно ведь известно – бьют по роже, а не по паспорту». Кто, где, когда хоть один раз остановил еврея для проверки документов потому, что он еврей, а уж тем более дал при этом, по «жидовской роже», как паясничает, гримасничает газета? В какой России? В нашей, где глава Правительства закладывает синагогу, министр юстиции носит «ермолку», а заместитель Председателя Совета безопасности имеет израильское гражданство, министр финансов, министр экономики, министр Госкомимущества – все бывшие граждане Израиля…

Уже без прежней корысти на сочувствие и жалость раздувают евреи пламенный миф о преследованиях и гонениях, лишениях и притеснениях. Жалость и сочувствие евреям больше ни к чему, они воинственно размахивают чучелом антисемитизма, как чеком на предъявителя, ничуть не смущаясь, что подделка видна. Евреи врут сегодня об антисемитизме в России, как врали вчера, создавая доходное дело из мифа об антисемитизме в Советском Союзе, «государственном антисемитизме», как любят подчеркивать сами жиды. Вчитываясь в еврейские «свидетельства» – мемуары, воспоминания, интервью о полной лишений и унижений еврейской жизни, тут же находишь у них самих обратное тому, что они пытаются доказать.

«Когда началось „дело врачей“, предвещавшее катастрофу для советских евреев, многие были уверены, что настали и мои последние дни, – вписывает свою посильную строку в историю мучений советских евреев исполнитель еврейских песен Михаил Александрович. – В то время я гастролировал на Урале и в городах Поволжья. Поездка была запланирована на два месяца… Через несколько дней мне позвонили из Большого зала консерватории и сообщили, что объявляют мой внеочередной концерт с единственной целью – положить конец разговорам о моем аресте. К моему возвращению афиши предстоящего концерта уже были расклеены по всему городу». Ну как не пожалеть бедных евреев, не порыдать над их трагической судьбой.

Ведь не в щель приходилось забиваться, чтоб тихой мышкой пересидеть где-нибудь на Урале или в Поволжье лихолетье арестов московских врачей. а вынуждены были вне всякой очереди, молниеносно давать концерты в лучшем музыкальном зале Москвы, и чтоб непременно афиши по всей столице. Так страшно и тяжко было им жить. Или вот еще одна еврейская печаль – документ государственной антисемитской эпохи в Советском Союзе. Маргарита Эскина, от папы получившая в наследство хозяйское кресло главы столичного Дома актера, к слову сказать, папа Эскин возглавил открывшийся в центре столицы актерский Дом в «жутко страшный антисемитский 1937 год», так вот дочь его вспоминает, как плохо они жили. «Несмотря на свою огромную популярность», папа жил бедно, «папа, – подчеркивает дочь, – жил очень бедно», и продолжая живописать портрет очень бедного папы, Маргарита Эскина, перейдя от папиной бедности к его огромной доброте, рассказывает: «Когда моя младшая сестра устроилась на работу в подмосковный музей, папа стал возить (или отправлять с нарочным) туда посылки с едой. Делал он это ежедневно. Весь музей кормился этими посылками. Однажды сестра попросила привезти ей бульонные кубики. Что сделал бы любой нормальный человек? Он привез бы одну-две стандартные упаковки. Мой папа решил иначе. Он притащил ящик!..» Может, на идише или иврите еврейские причитания и выжимают слезу сочувствия и умиления, сходят за плач, только русский язык непременно притворство выкажет, в самом неподходящем месте слова расползутся в прореху лжи.

«Сколько талантливых писателей, ученых, инженеров, врачей, как знаменитых, так и не очень, мы недосчитались, – причитает еврей академик Гольданский. – Недосчитались, потому что им были созданы условия, в которых они не могли нормально писать, лечить, преподавать, делать открытия. Не лишись мы тогда тех мозгов, мы, возможно. не испытывали бы сейчас таких экономических трудностей». Как будто не в России, а в Израиле вырос сам еврей Гольданский до академика, как стали академиками в России, директорами крупнейших научно-исследовательских институтов, ведущими учеными евреи Авербах и Аркин, Гельштейн и Губегриц, Зильбер и Кассирский, Коган и Колен. Берг и Бернштейн, Лейбензон и Лифшиц, Шайн и Шапиро…

Как будто не Россия наградила тремя Золотыми Звездами Героя Социалистического Труда еврея Юлия Борисовича Харитонова, еврея Андрея Дмитриевича Сахарова, вручила им высшие в Советском Союзе Ленинские премии, Государственные премии. И как будто не евреи Гайдар, Явлинский, Бунич, Шаталин под видом экономических реформ сотворили весь ужас экономической катастрофы России, о которой плачет еврей Гольданский. С каким циничным вывертом причитает еврей: вот не уезжали бы евреи из России, и Россия бы сегодня не бедствовала. Хотя на самом деле все наоборот. Не оттого России плохо, что из нее уехали жиды.

России плохо от неуехавших из нее жидов. России плохо оттого, что не все жиды из нее уехали. Миф об антисемитизме – преследовании и угнетении евреев в России, как и миф о холокосте – истреблении немцами шести миллионов евреев, – сказочно прибыльные еврейские аферы, виртуозно и с большой любовью выстроенные жидами, когда из ничего, из одного только шума, из сотрясения воздуха делаются громадные деньги. Бывший главный раввин Берлина доктор Макс Нуссбаум признал, что «позиция евреев была укреплена финансово через репарации, которые правительство Германии выплачивает как Израилю, так и отдельным евреям».

К 1995 году Германия выплатила не существовавшему в годы войны Израилю более 100 000 000 000 – более ста миллиардов немецких марок! В иные годы немецкие выплаты составляли до 40 процентов государственного бюджета Израиля. Теперь Правительство ФРГ объявило, что с 1999 года Германия начнет выплату регулярных пенсий жертвам нацизма, проживающим в Восточной Европе и бывшем СССР. Для выплаты этих пенсий будет создан специальный фонд в 110 миллионов долларов, из которого в течение четырех лет будут выплачиваться ежемесячные пенсии примерно по 150 долларов «каждой оставшейся в живых жертве».

Распределять эти средства будет Конференция по претензиям евреев к Германии. Еще один гигантский фонд помощи евреям создан швейцарскими банками и представителями деловых кругов «в ответ на обвинения мирового сообщества в том, что финансисты этой страны нажились за счет денег жертв геноцида». На счетах фонда 273 миллиона швейцарских франков, это 196 миллионов американских долларов.

Около 170 миллионов франков внесены швейцарскими банками и промышленными компаниями, остальные средства перечислил Центральный банк Швейцарии. Распределение материальной помощи проводится через Всемирную еврейскую организацию по вопросам реституции. Если прежде пенсии и пособия платили евреям, которые провели не менее полугода в концлагерях или полтора года в гетто, то теперь каждый еврей получит по тысяче долларов, не важно, кто, кем, где, как и сколько времени провел «под немцем», главное, чтоб был еврей. Создается впечатление, что один лишь Израиль, которого тогда вообще не было, воевал с гитлеровской Германией и победил фашизм, создается впечатление, что фашисты оккупировали тогда, во Вторую мировую войну, израильские земли и вывезли в Германию сокровища израильских музеев, и не с украинских, белорусских. русских земель, а с израильских гитлеровцы вывозили зерно, скот, нефть, уголь, лес, все, вплоть до чернозема, и в концлагеря немцы загоняли исключительно лишь евреев, и на работу в Германию отбирали только евреев, и вообще на оккупированной гитлеровцами территории жили одни лишь евреи.

Евреи исхитрились расцарапать свою царапину, полученную в годы войны, до самой кровоточащей раны в мире, и уж, конечно же, только евреям могло прийти в голову всю жизнь наживаться на памяти о войне.

«Попытки предпринять серьезное и объективное исследование вопроса об уничтожении евреев во Второй мировой войне – это, без сомнения, самое рискованное дело для сегодняшнего историка или демографа, – признает американский историк Харри Элмер Бариз. – Но, не смотря ни на что, я надеюсь внести свой вклад в торжество исторической правды, чтобы помочь сбросить груз этой великой лжи с наших плеч».

Во Франции, Германии, Австрии, Португалии, Испании, Дании, Голландии, Швейцарии евреи добились принятия законов, карающих за малейшее сомнение в погибели шести миллионов евреев. А то, что Российская Государственная Дума отклонила проект закона, предусматривавшего строгое наказание за «отрицание или грубое преуменьшение преступлений фашистских режимов», возмущенные евреи выставляют как доказательство роста антисемитизма в России.

Антисемитизм в России – та же дойная золотом корова для евреев, что и холокост. Миф об антисемитизме помогал евреям обретать ореол мучеников тоталитарного советского режима, стойких борцов за права человека, статус политических беженцев с немалыми благами. Искусно раздуваемый евреями миф о «государственном антисемитизме в Советском Союзе» выжимал из остального мира не только слезы о бедных евреях и деньги для бедных евреев, но и создавал из Советского Союза жуткий образ душителя прав и свобод, жупел тоталитарного режима.
Когда же к великой радости жидов рухнула ненавидимая ими держава, опали запреты, рамки и замки, нормы и ограничения, секреты и государственные, национальные интересы, миф об антисемитизме – преследовании и ограничении деятельности евреев не только не поблек, антисемитизм раздувается с новой, утроенной силой: «в результате стимулируемой безнаказанностью антисемитской пропаганды в СМИ наиболее агрессивные антисемиты переходят от слов к делу», «в последние годы отмечается бурный рост в обществе политического (и, как следствие, – бытового) антисемитизма, это в немалой степени объясняется тем, что многие „столпы общества“ остались его приверженцами…» Несть числа «круглым столам», конференциям, симпозиумам, конгрессам, которые обсуждают и осуждают «рост антисемитизма в России». В Новосибирске проходит научно-практическая конференция «Культура и образование этнических меньшинств в Сибири», говорят о проблемах сибирских белорусов, греков, немцев, поляков, татар, украинцев, финнов, а в заглавных строках итогового документа все тот же антисемитизм: «Прокурорам области и города пресекать случаи антисемитизма…» «Международная еврейская газета» определяет лучшего человека года «за вклад в борьбу с фашизмом, ксенофобией и антисемитизмом». При этом определением «антисемитизма» евреи себя не обременяют, по их мнению, «без того ясно, что такое антисемитизм». Что издавать научный честный труд о холокосте, что печатать статьи известного русского философа Ильина или выдающегося русского мыслителя Победоносцева, что назвать евреем первого вице-премьера правительства Немцова или министра экономики Уринсона, каковыми они являются, что привести в статье девичью фамилию мамы Чубайса – все едино: проявление антисемитизма.

Собирая сегодня обильную дань в Германии и Швейцарии за урон, нанесенный еврейскому народу в годы Второй мировой войны, евреи готовятся предъявить счет России за антисемитизм, и тогда все их лживые воспоминания, письма, резолюции обернутся золотыми акциями. Евреям непременно мало покажется тех миллиардов и триллионов, что они уже выкачали из России и сколько еще выкачают через еврейское правительство России, они непременно захотят еще и морального удовлетворения, чтобы мы, русские, покаялись перед ними, прогнулись перед ними в извинениях за якобы понесенные ими от нас притеснения, лишения, изгнания, унижения. Получить это им не терпится уже сегодня, так не терпится, что послания Президента России, Председателя Правительства России и мэра Москвы участникам и гостям 1-го Московского фестиваля искусств имени С.Михоэлса евреи объявляют как «своего рода покаяние России за годы государственного антисемитизма».

Хорош антисемитизм, если в 1946 году театр Михоэлса – Государственный еврейский театр (ГОСЕТ) на Малой Бронной – за постановку «Фрейлехс» получил Сталинскую премию. В ГОСЕТе все спектакли шли на идише, и «Фрейлехс» не был исключением.

«Пройдут годы, и, вероятно, новые руководители России под влиянием чувства огромной вины перед евреями, принося извинения еврейскому народу, будут просить его вернуться, как это делают теперь Польша, Испания, Германия, восстанавливающие у себя еврейские общины», – обнажает желанное своих соплеменников, изо всех сил раскочегаривающих антисемитизм в России, Марк Красносельский, руководитель Центра мониторинга антисемитизма ВААДа, член Антидиффамационного комитета Российского еврейского конгресса в статье «Есть ли будущее у евреев в России? Не верьте тому, кто скажет, что с антисемитизмом у нас покончено».

* * *

Два чувства ныне властвуют в жидах: по-прежнему всепожирающая корысть, но уже и животный страх от сотворенного и творимого ими в России. Жиды понимают, что заслужили того, сознают: напакостили, нагадили России так, что не дать им по морде уже просто «нельзя, но вот не дают. и это лишает их покоя. Но не то что остановиться, даже попридержать себя жиды не могут, не могут не пакостить, не гадить, – их собственная жадность сильнее их, она выше их, но если не умом, так животным, природным инстинктом чуют евреи – с них спросится. Ощущая, предчувствуя расплату, есть же у них исторический, житейский опыт, когда за несравнимо меньшие грехи драли жидов в разных странах не раз, и остановить желая, отодвинуть неминуемое, упреждая неизбежное, завопили евреи о „русском фашизме“, об угрозе „русскою фашизма“, о борьбе с „русским фашизмом“.

Однако, возопив о фашизме в России, евреи, сами того не желая, вовсе не думая о том, точно сформулировали, обнажили, четко обрисовали всю свою страшную еврейскую реальность для России. Ведь что такое фашизм? Когда один народ высасывает кровь из другого народа и жирует на бедах и страданиях другого народа – это и есть фашизм. Когда нищает, голодает, вымирает русский народ, и на этом богатеет, жирует и жиреет еврейский народ – это и есть еврейский фашизм. Иным знаменателем происходящее сегодня в России не подытожишь, иной мерой не исчерпаешь.

Более точно, более охватывающе невозможно назвать то, что происходит в России, когда миллионы русских умирают от голода, холода, нищеты, бесправия, беспросветности, безысходности, когда миллионы русских мастеровых, грамотных, талантливых, высокопрофессиональных, оказались без работы, а работающие месяцами, где и годами не получают зарплату, а те, кто получает плату или пенсию, все равно концы с концами свести не могут, ведь в пересчете на старые, еще доперестроечные, дореформенные деньги, пенсии со 120–130 рублей съежились до 37 рублей.

Беспризорных ребятишек в России как после гражданской войны. Шахтеры, энергетики, лесорубы, офицеры от бессилия объявляют голодовки, многие лезут в петлю, пускают себе пулю в лоб. Падают от голода в обмороки учителя, страдают анемией от постоянного недоедания ученики. Закрываются роддома – некому рожать. Поликлиники закрываются – нечем лечить. За долги на предприятиях, в жилых домах, в воинских частях отключают свет, воду, тепло. Все больше на улицах бездомных и нищих. Все больше в моргах невостребованных покойников, их не забирают родственники, не на что хоронить. Замерли заводы, дичает земля, вымирает народ. Почему? Отчего? Ведь ни войны, ни чумы, ни потопа, ни землетрясения. Так что же за напасть на Россию, что за перестройка такая, что за реформы, что за приватизация, последствия от которых для России тягше мора и войн.

Если прежде страна жила сносно, пристойно, по сравнению с нынешним просто сытно, все имели работу, имели свой угол, имели медицинскую бесплатную помощь и прекрасное бесплатное образование, да мы еще кормили полмира, полмира за бесценок и даром обеспечивали газом, нефтью, оружием. Куда все делось?

На первый взгляд задумано было здорово и просто, сравнимо с хозяином, у которого, наконец, дошли руки навести порядок в доме. Продать пару-тройку лишних стульев, чего им место зря занимать, починить стол, на вырученное от продажи дорогого, красивого, но громоздкого буфета купить современную «горку» – и свободнее, и уютнее, и прибыток в доме. Но вот распродали и буфет, и стулья, но ни починенного стола, ни современной «горки», ни вообще прибытка в доме, ни даже еды на столе.

Куда все делось от проданных на миллиарды долларов когда-то затоваривших склады излишков руды, угля, металла, металлопроката, машин, тракторов, леса, лесопродукции, тягачей, танков, БТРов, БМП, автоматов, куда все делось от проданных сотен и тысяч заводов, фабрик, горнообогатительных комбинатов, рудников, приисков, подводных и надводных кораблей, пароходов, причалов, санаториев, домов отдыха, пансионатов, пионерских, детских лагерей, магазинов, киосков, достроенных и недостроенных новостроек, миллионов квадратных метров конторских помещений?

Понятно, если продано и денег нет, значит. не продано, а украдено, а если придано, то выручка украдена, или продано за бесценок. Кем? О главном после Президента распродавце России еврее Анатлолии Чубайсе столько написано и столько изобличающих его документов приведено, что давно уже на нем приговоры негде ставить, да и истинные хозяева Чубайса заслуг Анатолия Борисовича уже не скрывают. Координатор «американской помощи» бывшим советским республикам Ричард Морнингстар высоко оценивает своего подручного: «Если бы мы не финансировали Чубайса, смогли бы мы выиграть битву за приватизацию? Наверное, нет». Но Чубайс не открывает и не завершает список продавцов России.

Чтобы вспомнить их всех поименно, места не хватит, но начав перечислять авенов, фильшиных, кохов, бирштейнов, мостовых, маневичей, гусинских, березовских, ходорковских, смоленских, шлайферов, браверманов, уринсонов, зеленских, немцовых, бревновых, йорданов, лившицев, липкиных, малкиных, фридманов, хайтов… – тут же и понимаешь, что имеешь дело сплошь с жидами, а редко встречающиеся русские фамилии, как Васильев или Мостовой, маскируют все тех же жидов.

Жиды грабят Россию открыто, нагло, торжествующе. Еврей Немцов «продает» еврею Иордану крупнейший в России Балахнинский бумажный комбинат за 7,5 миллиона долларов, когда только одна, незадолго до продажи поставленная на комбинате бумагоделательная машина стоит почти в два раза дороже – 12,5 миллиона долларов. Сняв сливки с комбината, «новые хозяева» выставили его на повторную продажу уже за 25 миллионов долларов. Новороссийский морской порт продан за 22,5 миллиона долларов. Завод «Красное Сормово» – за 21 миллион долларов. Мурманский траловый флот – за 3 миллиона долларов… Экономисты сравнили продажу крупнейших отечественных производителей с контрактами хоккеистов.

Когда один хоккеист «стоит» в год 25 миллионов долларов, получается, что крупнейший морской флот, знаменитый на весь мир кораблестроительный завод ставят дешевле хоккейной клюшки.
«ОНЭКСИМ» «купил» у государства нефтяную компанию «Сиданко» за 20 миллионов долларов и у тут же переуступил треть ее акций кипрской офшорной компании за 200 миллионов долларов. Треть дороже целого в десять раз! – такова еврейская арифметика. Но это значит, что цена нефтяного комплекса одними жидами занижена в интересах других жидов минимум в 30 раз, и платить за «Сиданко» «ОНЭКСИМ» должен не 20 миллионов долларов, а 600 миллионов долларов – не меньше.

Так обирают, грабят евреи русский народ. Так создают они свои фантастические еврейские капиталы – воровски, мошеннически, хищнически, на погибели русских людей. Нам же пытаются доказать, как бедные евреи своим кропотливым трудом, знаниями и талантами добывают копеечки, чтобы грошик к грошику создавать капитал, во всем отказывают себе, и дальше будет все больше журналистов, писателей, драматургов, биографов, поэтов, которые энергично и доходно примутся лепить из воров, мошенников, бандитов портреты титанов труда и мысли, реформаторов, экономических гениев.

Такова вся история еврейства. История кровопийства других народов. У нас же не хватает ума учиться ни на чужих победах, ни на чужих поражениях. Нам не в урок Авраам Линкольн, который в 1863 году поставил денежное обращение под контроль Конгресса, отказал еврейским банкирам использовать деньги американцев в рост еврейских барышей. Нам не в урок и Германия 20-х годов, в которой пиршествовали жиды, скупая за бесценок у немцев дома, отели, рестораны, фабрики, заводы, когда, по воспоминаниям Генриха Штихеля, «буйным цветом цвела грязная литература и молодежь становилась первой жертвой этого способа насильственной деградации. Газеты, журналы, развратные фильмы, непристойные книжки распространялись по всей Германии. Насаждалось смешение рас. Школы были наводнены гнусными преподавателями. К 1933 году Германия погрузилась в полное ничтожество».

Теперь мы повторяем путь унижения Германии от жидов.

Ссылка: http://nnm.me/blogs/setipa/boris_mironov-o_evreyskom_fashizme/

Результативность немецких танкистов

Оригинал взят у kamerad_791 в Результативность немецких танкистов


На Восточном фронте соотношение потерь между Красной Армией и Вермахтом в 1941-1945 годах в танках и САУ составило 2,96 к 1, а в 1943-1944 годах - 3,8 к 1. Особенно неблагоприятным для Красной Армии было соотношение бронетанковых потерь в переломном сражении второй мировой войны - в Курской битве (июль-август 1943 года). Если немцы потеряли 1280 танков и штурмовых орудий, то Красная Армия - 6064 (данные взяты из М., изд. "Наука", 1995, - статья начальника Института военной истории МО РФ В.А.Золотарева "Курская битва: взгляд через полвека"; "Гриф секретности снят: потери Вооруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: статистическое исследование". М., Воениздат, 1993, стр. 370).

Если же учесть, что значительное число своих танков и штурмовых орудий немцы потеряли, прорывая сверхмощную (по насыщенности минными полями и противотанковыми орудиями) и глубокоэшелонированную оборону, то следует признать, что в прямом танковом противостоянии картина была еще более печальной для советских войск.
Сражение под Курском ясно показало, что немцы добились качественного превосходства в бронетанковой технике и победа над ними была достигнута благодаря огромному численному превосходству Красной Армии и ценой тяжелейших потерь (солдат и офицеров было потеряно в 4 раза больше, чем противник, самолетов в 1,7 раза больше). В августе 1943 года на совещании в ГКО Сталин, разбирая итоги Курской битвы, заявил, что подобное соотношение потерь бронетанковой техники более не может быть терпимо, иначе вслед за качественным превосходством будет потеряно и количественное. Было решено максимально ускорить разработку и производство нового тяжелого танка, новых видов САУ и перевооружение Т-34 более мощным орудием.

14 января 1944 года советские войска начали большое наступление на Ленинградском фронте. 502-й батальон тяжелых танков в это время находился в тылу, но уже 20 января появился на линии фронта. Два дня спустя лейтенант Штраус уничтожил два танка Т-34 и один М3 "Генерал Ли". 25 января боевая группа "Штраус" в составе трех "Тигров" была придана 126-й пехотной дивизии. В боях у железнодорожной станции Волковица "Тигров" атаковала большая группа легких танков Т-26 выпуска 1937 года. Слабобронированные Т-26 при попадании 88-мм снаряда буквально рассыпались на части. В следующей атаке принимали участие уже Т-34 и КВ-1. Однако и эта атака была отбита. В этот день взводный Мюллер уничтожил 25 танков (абсолютный рекорд второй мировой войны), лейтенант Штраус - 13, взводный Ясер - 3.

После начала зимнего наступления советских войск в конце 1944 года многие части, окруженные в Клайпеде, эвакуировались в Восточную Пруссию. Первым был эвакуирован 511-й батальон (5 января 1945 года 502-й батальон сменил свой номер на 511-й, чтобы не было путаницы с 502-м батальоном тяжелых танков СС). Танки эвакуировали на паромах "Дойчланд" и "Пройссен-Заснитц". 24 января утром паромы пришли в порт Пиллау. На следующий день произошел первый бой. На танке командира взвода Карпанетто ночью исправляли повреждение гусеницы, поэтому танк остался в тылу. Внезапно экипаж услышал шум танковых двигателей. Изготовившись к бою, немцы увидели неизвестно откуда взявшуюся колонну советских танков. Первый же снаряд "Королевского тигра" попал в двигатель советского ИС-2. Следующие четырнадцать выстрелов тоже нашли свои цели! Вскоре поле боя освещали 15 горевших ИС-2 и Т-34. Осенью 1943 года лейтенант Отто Кариус в одном из боев в районе города Невель смог подбить 10 Т-34. 12 января 1943 года в бою в районе Шлиссельбурга лейтенант Бодо фон Гартель, командуя "Тигром", поразил 12 Т-34, а 14 января унтерфельдфебель Болтер - 5 Т-34. 22 июля 1944 года во время отражения атаки американских танков ефрейтор Рюринг из 504-го тяжелого танкового батальона уничтожил 12 "Шерманов", причем остальные 11 танков, участвовавших в схватке, были в панике брошены своими экипажами. Во время боя за итальянский город Анцио 24 февраля 1944 года лейтенант Зинт из 508-го тяжелого танкового батальона, управляя "Тигром", подбил 11 танков противника, а унтерфельдфебель Хаммершмидт - 6. 6 апреля 1945 года под Кенигсбергом у деревни Норгау "Королевский тигр" унтерфельдфебеля Кершера расстрелял 10 советских СУ-100.

Опасным противником были не только "Тигры" и "Пантеры", но и немецкие самоходные артустановки. САУ-истребитель танков 8,8 cm Pak auf GW III/IY "Nashorn" ("Носорог") лейтенанта Альберта Эрнста (519-й тяжелый дивизион истребителей танков) уничтожила 49 советских танков. 23 декабря 1943 года в бою в районе Витебска Эрнст поджег 14 советских танков, сделав при этом всего 21 выстрел. В специальном приказе его назвали "витебским тигром", а 22 января 1944 года он был награжден Рыцарским крестом. Командир штурмового орудия "Sturmgeschutz III" обервахмистр Кихер (185-й дивизион штурмовых орудий) в боях за Волхов подбил 30 советских танков Т-34 и КВ-1, за что 9 марта 1942 года был награжден Рыцарским крестом. На центральном участке Восточного фронта в кровопролитных сражениях участвовал 667-й дивизион штурмовых орудий "Sturmgeschutz III". Во время битвы под Ржевом 29-31 августа 1942 года дивизион уничтожил 83 советских танка, из них 18 - на счету экипажа старшего лейтенанта Клауса Вагнера. 9 сентября 1942 года позиции немецких войск атаковали более 50 советских танков, тогда как в 3-й батарее 667-го дивизиона оставалось всего 5 исправных машин. Советские танкисты одно за другим выбивали намецкие штурмовые орудия, но когда осталась в строю только одна машина - лейтенанта Баурмана, атака захлебнулась, а на поле боя остались гореть 33 советских танка. 10 июля 1943 года во время боев на Курской дуге экипаж "Sturmgeschutz III", под командованием лейтенанта Триспела, в течение получаса подбил 12 Т-34. На южном участке Восточного фронта в 1944 году в "котел" под Черкассами попала 3-я батарея 202-го дивизиона штурмовых орудий "Sturmgeschutz III". Во время прорыва окружения экипаж вахмистра Кремера подбил 9 Т-34. На счету командира "Sturmgeschutz III" оберлейтенанта Шуберта числилось 37 уничтоженных в 1945 году советских танков. Обервахмистр Лео Хартманн, управляя "Sturmgeschutz III", с 30 марта по 6 мая 1945 года подбил ИСУ-152, две ИСУ-122 и 18 советских танков.

Русские и немцы

Оригинал взят у hrolv99 в Русские и немцы

Ряд фотографий, запечатлевших гуманное отношение немецких солдат к бойцам Красной Армии и русскому населению в Великой Отечественной войне.


Эсэсовцы отдыхают в советской деревне.
Read more...Collapse )

Все-таки превентивно. Новые факты.

Оригинал взят у opus_nationis в Все-таки превентивно. Новые факты.

Если ранее я полагал, что г-н Хитлер принял решение напасть на СССР вне зависимости от советского готовящегося нападения, и сорвал его случайно, то новые документы, введенные в оборот Й. Хоффманом, говорят о моей неправоте. По всей видимости, немцы все знали и очень торопились, чтобы успеть. Таким образом целью нападения было осознанное желание сорвать нападение Сталина на Европу.

Обычно эти выкладки Хоффмана обходятся молчанием политпропагандонами-"антирезунистами" - по их абсурднму мнению, внутренняя переписка ведомств Рейха - это "идеологическое прикрытие агрессивных планов нападения на СССР". Ну да, конечно же - Кейтель прям знал что через полвека появится Интернет и его письма, поднятые из захваченных архивов будут цитировать. Не абсурд ли? Согласно всем нормама источниковедения, эти письма, благодаря их внутреннему, секретному характеру, - яркое свидетельство того, что Рейх знал о том, что Сталин готовится ударить ему в спину.


Read more...Collapse )

Потоп Московский

3818946


К концу ноября 1941 года немцы практически окружили Москву. На западе были взяты Можайск, Нарофоминск, Малоярославец. С юга наступала 2-я танковая армия Гудериана. 53-й армейский корпус двигался к Серпухову, окружая с севера Тулу, на подступах к которой стояла дивизия Штеммермана. 17-я бронетанковая дивизия 24-го корпуса выдвигалась к Кашире, а войска 47-го корпуса вели бои на подступах к Рязани.

Уже под парами стоял литерный состав, готовый отвезти Сталина на безопасное расстояние от фронта в Куйбышев. Гудериан получает приказ двигаться в направлении Горького, замыкая кольцо окружения вокруг Москвы с юга в районе Петушков. Однако когда он подошел к Коломне, наступление захлебнулось.

И что странно: еще не подошли к Москве сибирские дивизии, а Сталин уже перебрасывает войска с севера Подмосковья на юг. Хотя только что командующий Западным фронтом Георгий Жуков просил Верховного о подкреплениях на севере, на линии Крюково-Рогачево.

При этом на севере Подмосковья, несмотря на оголенный фронт, никакого движения не происходит. Группой армий «Центр» под командованием фельдмаршала фон Бока давно взят Калинин, стоит сорокаградусный мороз, свободен ледяной покров Московского моря (Иваньковское водохранилище), никаких войск на противоположной стороне Волги у Калининского фронта практически нет.

Войска фон Бока стоят на линии Клин-Рогачево-Дмитров и дальше не двигаются. Стоят как заколдованные, несмотря на то, что боестолкновения происходят только в двух точках: у деревни Крюково (Зеленоград) и около Яхромы, где танковым армиям противостоит лишь отдельный бронепоезд №73 войск НКВД и бойцы 20-й армии генерала Власова.

На Волоколамском направлении немцами преодолен рубеж Дубосеково, но танковые дивизии 46-го корпуса тоже не идут к Москве по Волоколамскому шоссе! Тяжелая артиллерия 2-й бронетанковой дивизии 4-й армии вермахта стоит в Красной Горке (22 км от Кремля). Артиллеристы рассматривают в бинокль центр столицы, но дальше тоже не двигаются, хотя никакого фронта уже нет. Местные жители спокойно идут в сторону Москвы, садятся в автобус у лианозовских бараков Кропивницкого (станцию метро «Алтуфьево» еще не построили) и едут в центр – сообщать о тяжелых орудиях противника, направленных на Кремль.

Сталин, кстати, к концу ноября уже не думает о переезде в Куйбышев, за Волгу.

Стена

Есть во всей этой ситуации что-то мистическое. Словно Сталин выстроил какую-то непроходимую стену на северо-западе Подмосковья. Но «стена» эта была настолько секретной, что до сих пор в официальной советской историографии о ней нет ни слова. Возникла она чуть ли не мгновенно. Потому что случайные появления солдат противника на территории Москвы все же происходили.

– Наше здание находится на самой высокой точке холма у 8-го шлюза канала, откуда видно далеко вокруг, – рассказывает ветеран управления канала «Москва-Волга» (сейчас – ФГУП «Канал имени Москвы») Валентин Барковский. – Помню, сотрудники, работавшие еще с войны и дежурившие тогда на крыше, рассказывали, как немецкий танк остановился на Сходненской улице, на Западном мосту через Деривационный канал (между нынешними станциями метро «Тушинская» и «Сходненская». – И.К.). Открылся люк, из которого выглянул офицер вермахта с полевым блокнотом, огляделся вокруг, что-то записал в блокноте и уехал в сторону Алешкинского леса.

Другое появление немцев в Москве – 30 мотоциклистов в километре от станции метро «Сокол». Мотоциклисты ехали по Ленинградскому шоссе. Два пулеметчика на мосту, названном позже мостом Победы, приняли неравный бой и остановили нападавших.

Другое появление немцев в Москве – 30 мотоциклистов в километре от станции метро «Сокол». Мотоциклисты ехали по Ленинградскому шоссе. Два пулеметчика на мосту, названном позже мостом Победы, приняли неравный бой и остановили нападавших.

– Ехали мотоциклисты со стороны Химок, – вспоминает тот эпизод Валентин Барковский. – Предыдущий мост (через канал) они миновали благополучно (погода была нелетная, и замерзшие солдаты гоняли мяч на берегу канала).

Но как тот единственный взвод попал туда, если фронт держался у деревни Крюково? Случайно прорвались сквозь какую-то «стену», возникшую на пути 5-го бронетанкового корпуса СС, подходившего к Москве по Волоколамскому шоссе после боев у разъезда Дубосеково?

Стена действительно возникла моментально. То была стена из… воды. Потоки воды из Истринского водохранилища, смывшие не только наступавшие танки и пехоту 52-й армии, но и многочисленные деревни вдоль реки Истры, густонаселенные кварталы на окраине города Истра, в поселке Павловская Слобода. На бревнышки разлетались хрупкие крестьянские избушки, унося с потоком стариков, женщин и младенцев. Разлетались в щепки рабочие бараки в Павловской слободе. Чудом уцелевшие домики оказались затопленными водой с густой ледяной крошкой и осколками больших льдин.

Ужасная картина не вошла в опубликованные мемуары советских военачальников. Подробности остались лишь в единственном секретном издании «Разгром немецких войск под Москвой» под общей редакцией маршала Шапошникова, подготовленного Генштабом Красной армии и выпущенный Воениздатом НКО СССР в 1943 году. В послевоенные годы гриф «секретно» был снят и заменен на другой – «для служебного пользования». Секретное издание пролежало в спецхране до 2006 года.

Вот скупые описания возведения «стены». Пишет маршал Шапошников: «24 ноября немцы вплотную подошли к рубежу Истринское водохранилище, река Истра. С приближением немцев к этому рубежу водоспуски водохранилища были взорваны (по окончании переправы наших войск), в результате чего образовался водяной поток высотой до 2,5 м на протяжении до 50 км к югу от водохранилища. Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались».

Вероятно, танки на Сходненской и взвод на Ленинградке – как раз те, кто успел проскочить до взрыва плотины.

Маршал Шапошников поскромничал насчет высоты водного потока. Уровень Истринского водохранилища – 168 м над уровнем моря. Течение реки Истры за плотиной находится на урезе в 143 метра, в Павловской Слободе – 134 метра. Напор огромного объема воды шел, как пишет Шапошников, на 50 километров, то есть до Москвы-реки (уровень которой при впадении Истры, чуть выше Рублевской плотины, составляет 124 метра). Таким образом, высота потока, смывавшего все на своем пути, составляла не менее 25 метров (заряд был заложен в основание водоспусков, затронув и так называемый мертвый объем, который остается в водохранилище при плановых весенних сбросах паводковых вод). Если учитывать падение потока до Москвы-реки, суммарный напор достигает сорока метров.

Но взрыв плотины имени Куйбышева (так называется плотина Истринского гидроузла) все же не объясняет стояние немцев к северу от Москвы, когда все резервы Ставки были брошены на юг, против армии Гудериана. Скудные сведения о событиях, последовавших за взрывом 24 ноября на Истре, упоминавшиеся в той же книге под редакцией маршала Шапошникова, исследования немногочисленных энтузиастов (Валентин Барковский, Михаил Архипов), свидетельства оставшихся в живых очевидцев позволяют составить из мозаичных осколков более или менее стройную картину происходившего.

Выглядит она примерно так.

Затопить вместе с населением

– Товарищ Сталин, фон Бок наступает по всему фронту. Взят Калинин, Клин. Танки – в Рогачеве, мы оставили Яхрому! – докладывает Верховному командующий Западным фронтом Георгий Жуков. – Сибирские дивизии подойдут к Загорску (Сергиев Посад. – И.К.) только через неделю. Еще столько же времени уйдет на их развертывание по фронту. На Западном фронте срочно нужны пополнения.

– Успокойся, товарищ Жуков! – ласково говорит Верховный главнокомандующий. – Вот тебе в подкрепление два бойца! Знакомьтесь: товарищ Федоров, товарищ Фрадкин. Ладно, вот тебе, товарищ Жуков, еще один боец – товарищ Жданов. Почти что наш ленинградский полководец. Только на этот раз Владимир Сергеевич.

Жуков стоял, ничего не понимая и не зная, как реагировать на шутку Верховного. Но Сталин не шутил. Он вызвал к себе начальника Иваньковской ГЭС Георгия Федорова, главного энергетика канала «Москва-Волга» Бориса Фрадкина и главного инженера Владимира Жданова.

– Если быстро сбросить воду Иваньковского водохранилища, лед будет проламываться и ледяная поверхность будет непроходимой не только для танков, но и для пехоты противника! – начал докладывать Федоров. – Вода уйдет быстро. Напор – 12 метров. У Калинина – 124 метра, ниже плотины – 112.

– Сбрасывая воду с подмосковных водохранилищ – Икшинского, Пестовского, Пяловского, Пироговского, Клязьминьского, Химкинского, мы таким же образом взломаем ледяной покров по всему зеркалу воды и обеспечим непроходимую для противника полосу от Дмитрова до северной границы Москвы, – поддержал коллегу Жданов.

– Куда будете сбрасывать воду? В Москву? – со зловещим прищуром оборвал его Верховный.

– У нас есть Яхромский водосброс. На реке Волгуше, это приток Яхромы, – подходя к карте, объясняет Жданов. – Если открыть тут заслонки, вода пойдет в пойму Яхромы. Напор еще больше, чем на Волге. Уровень водохранилищ – 162 метра, а в долине Яхромы – 117. Но здесь, правда, стоят еще две плотины: Яхромского гидроузла, Икшинского...

– Плотины работают на подъем волжской воды. К сожалению, связь с нижним бьефом – только через насосы водоподъема, – вступает в разговор Борис Фрадкин. – Но если мы откроем заслонки, насосы будут работать в генераторном режиме, пропуская воду в обратном направлении. Вода пойдет вниз из водохранилища, возвращая в энергосистему электроэнергию, затраченную на их подъем. Если открыть сразу обе створки четырех шлюзов, поток усилится.

– Так вода уйдет в Яхрому? Значит, река разольется и будет берьером для танков фон Бока? – улыбаясь в усы, Сталин подходит к карте. – А вот у Иваньковской плотины канал пересекает еще одна река – Сестра, так? Можем мы воду из Иваньковского водохранилища направить туда? Чтобы немцы не прошли дальше Рогачева?

– Река Сестра проходит в трубе под каналом и впадает в Волгу ниже Иваньковской плотины, – вновь вступают в разговор Фрадкин и Жданов. – В канале есть донные отверстия, предусмотренные для осушения канала между заградворотами, в ремонтных целях. Если запереть трубу и открыть донные отверстия, вода поднимется, дойдет до Рогачева и затопит все пространство от Иваньковского водохранилища до Яхромы. Но затворы есть только в западной части трубы.

– Сколько времени потребуется, чтобы поставить новые затворы? – спрашивает Сталин.

– Если напрячь все имеющиеся силы и нам будет оказана помощь со стороны инженерного управления фронта, за неделю, думаю, управимся, – предполагает Жданов.

– Через два дня все должно быть готово! – говорит Сталин. – Предупреждаю: вся операция должна проводиться в обстановке строгой секретности. О ней должны знать только те, кого она касается напрямую. Непосредственные исполнители не должны быть информированы о целях операции.

– Но, товарищ Сталин, – перебивает Верховного командующий Западным фронтом. – Мы же должны эвакуировать население из зоны затопления!

– Чтобы информация просочилась к немцам? И чтобы они послали к тебе свою разведроту? Это война, товарищ Жуков! Мы сражаемся за победу любой ценой! Я уже отдал приказ взорвать Истринскую плотину. Даже свою дачу в Зубатове не пожалел. Ее тоже могло волной накрыть.

Спасенные и спаситель

Операция действительно проходила в обстановке строгой секретности. Вот что рассказывает потомственный житель поселка Фабрики 1-го Мая под Дмитровым Алексей Корнилов.

– Наш поселок построен для работников местного торфопредприятия. Хилые щитовые дома, жители которых в момент наступления немцев спрятались в единственном кирпичном сооружении – в подвалах картофелехранилища.

Алексей Корнилов ведет рассказ, который в детстве ему передала бабушка Пелагея Ивановна.

Приоткрыв дверь картофелехранилища, щуплый голубоглазый мальчишка в немецкой форме и с фонариком в руке с удивлением оглядел женщин с детьми, спрятавшихся в подвале чудом уцелевшей «высотки», по которой до этого нещадно била немецкая артиллерия.

– Хохе! Хохе! Фойер! – размахивая руками в сторону высокой трубы картофелехранилища и нещадно жестикулируя, объяснял мальчишка перепуганным бабам их опасное положение. Мол, высокое сооружение, опасно, по нему стреляют. И продолжал: – Ватер! Ватер! Капут!

Выглянувшие из картофелехранилища женщины не поверили своим глазам. В разгар сорокаградусной зимы на протоках торфоразработок в пойме Яхромы разыгралось половодье. Бурные потоки с разломанными льдинами затопляли все вокруг.

– По всем протокам вода поднималась все выше, – вспоминала бабушка Алексея Корнилова. – Еще мгновение, ледяная вода пошла бы в подвал картофелехранилища.

Женщины с нехитрой поклажей, с детьми на руках выбирались из подвалов картофелехранилища, поднимаясь на насыпь дороги, что вела в сторону Дмитрова. О том, чтобы вернуться в свои дома, которые постепенно скрывались под водой, не могло быть и речи. В это время начался обстрел со стороны канала. Кто-то из женщин соорудил белый флаг из куска простыни (чтобы свои не подстрелили). Немцы торопились уйти на линию своих укреплений на противоположном берегу разливающейся Яхромы.

– Идти было тяжело. Бабушка шла с двумя детьми, третий – еще ребенок (моя мама) – на руках, – продолжает свой рассказ Алексей Корнилов. – Бабушка остановилась и решила разгрузить свою поклажу. Вспомнила летние башмачки у того мальчишки, который спас им жизнь, подбежала и отдала ему пару валенок.

– Данке, муттер! – прокричал уходящий из-под обстрела молодой белобрысый солдат.

Жители многих сел и поселков в долине Яхромы и Сестры вспоминать подобные истории уже не могут. Потому что вспоминать некому. Многие деревни были затоплены полностью. Особенно те, которые расположены в пойме Яхромы – между многочисленными протоками мелких каналов местных торфопредприятий. Некоторым, правда, повезло. Жителей Лугового поселка спасли стены и башни старинного Николо-Пешношского монастыря (там сейчас размещается психоневрологический интернат №3 г. Москвы).

Название села Усть-Пристань, стоящего на самом берегу «стрелки», в месте впадения Яхромы в Сестру, говорит о судоходном прошлом этих рек. Об этом вспоминает Галина Сиднева.

– Раньше жители и нашего села, и многих окрестных лесных сел занимались судоходным промыслом, – начинает, не спеша, Галина Михайловна. – Работали на мельницах, на старых деревянных шлюзах, доходивших до Сенежского озера, до Екатерининского канала, соединявшего Волгу с бассейном Москвы-реки. Когда река оказалась запертой трубой под новым каналом, по трубе даже на лодках стало трудно проезжать. Так что к войне у многих и лодок не было.

Сама Галина Михайловна уцелела после той сталинской операции, так как оказалась в другой деревне, которая не вошла в зону затопления.

Ее двоюродный брат Василий Сиднев тоже пережил войну. Служил в отряде зенитчиков в Лианозове.

– О страшном затоплении мне многие рассказывали, – вспоминает Василий Иванович. – Но приговаривали, что это – военная тайна.

– А чем вы занимались в Лианозове? – спрашиваю я.

– Ловили парашютистов. Очень много было диверсантов, которые пробирались пешком.

– Как пешком? Через линию фронта?

– Да не было здесь никакой линии фронта. Немец с крупнокалиберной артиллерией на Красной Горке стоит, а мы на другом берегу – с одним пулеметным расчетом.

Как бы то ни было, ценою многочисленных жертв среди мирного населения в десятках поселков и деревень Сталину удалось многое. Ему удалось, не обладая никакими резервами, сократить зону боестолкновений на Западном фронте практически до двух небольших точек – у деревни Крюково и на Перемиловских высотах, где немцев, пытавшихся прорваться через канал, сдерживал случайно оказавшийся там отдельный бронепоезд №73 войск НКВД. Бронепоезд шел из Загорска к Красной Горке (где уже выставлялась дальнобойная артиллерия, направленная на Москву), но застрял у станции Яхрома после взрыва моста через канал. Пока не была сформирована 1-я ударная армия Кузнецова, немцев на Перемиловских высотах (между Яхромой и Дмитровым) сдерживали бойцы 20-й армии под командованием генерала Андрея Власова. А монумент на Перемиловских высотах – единственный в России, где выбито имя этого генерала, который после окружения 2-й ударной армии Волховского фронта повернул оружие против Сталина.

По данным исследователя Михаила Архипова, в результате сброса вод Иваньковского водохранилища подъем уровня Яхромы составил четыре метра, а уровень Сестры поднялся на целых шесть метров. В таком случае в зоне затопления оказывалось более тридцати деревень и множество мелких населенных пунктов торфопредприятий, дома которых стояли непосредственно на урезе вод. Если вспомнить, что высота крестьянской избы с крышей не превышает четырех метров, а все вокруг было покрыто ледяной водой с осколками мелкого льда, то легко представить себе количество жертв. Не меньше (если не больше) их было и после взрыва плотины имени Куйбышева на Истринском водохранилище. Впрочем, другой исследователь, Вален­тин Бар­ковский, считает, что зона затопления реки Сестры могла быть гораздо меньшей. Слишком мало было времени, чтобы сварить заслонки на Восточном портале трубы под каналом. Возможно, наспех сваренные щиты не выдержали напора волжской воды, и потоки, сбрасываемые из канала через заслонки, сразу уходили в Волгу. Поэтому и многие деревенские дома на берегу уцелели.

Об исполнении доложено

К сожалению, технические архивы канала не сохранились. Были уничтожены в эвакуации, в Ульяновске, при загадочных обстоятельствах. Известно лишь, что руководители Большеволжского участка канала Василий Некрасов и Яхромского Дмитрий Агафонов отчитались по инстанции о выполнении задания. Если что-то и не получилось, могли об этом умалчивать (результат невыполнения указаний Верховного предсказуем). Одно можно сказать точно: водосброс через Яхрому позволил понизить уровень и взломать лед на всех шести подмосковных водохранилищах (так же, как и на Иваньковском).

Независимо от точки подъема на трубе под каналом, последствия затопления были чудовищными. Как во время памятного весеннего паводка на Лене (когда был затоплен город Ленск), с той лишь разницей, что все происходило в сорокаградусный мороз.

– Люди могли гибнуть, даже если дом чуть подтоплен, – говорит профессор-реаниматолог Фарит Галеев. – Стоит человеку в сорокаградусный мороз полчаса простоять по колено в воде, он уже труп.

Когда я беседую на эту тему с профессиональными военными, мне часто говорят, что педалировать тему гибели гражданского населения не имеет смысла. Мол, гибель мирного населения неизбежна. Из 27 миллионов жертв войны почти две трети находятся за пределами штатной численности РККА. Штурм любого села – это артобстрел, в котором гибнут прежде всего жители этого села.

Смерть без шлюзов

Когда я пытался выяснить зону затопления (и ориентировочное количество жертв) у старых жителей села Карманова, расположенного на реке Сестре, они обратили мое внимание на совершенно другие жертвы.

– Видите тот холм? Там просто скелеты внавалку! – мне показывают на небольшой холмик на берегу Сестры. – Там лежат каналармейцы.

– Красноармейцы?

– Нет, каналармейцы!

Жертв строительства этого канала, построенного незадолго до Великой Отечественной, вполне можно причислить к жертвам обороны Москвы. Тем более, что число погибших здесь на порядок превышает количество жертв сталинских затоплений осени 1941 года. Историки оценивают количество погибших каналармейцев как минимум в 700 тысяч человек (многие придерживаются оценок в полтора миллиона).

Жизнь заключенного «на общих работах» редко продолжалась более шести месяцев. Каждый лагерь, каждая «подкомандировка» (как в том же Карманове на берегу Сестры) окружена огромными рвами с могилами погибших зэков. Выжить могли только «козлы» (сотрудничавшие с администрацией и пролезшие на административные должности), стукачи и «придурки». Так называли тех, кто устроился на хлеборезку, кухню, на должность киномеханика. Или музыкантом в оркестр. В новом документальном фильме «Из воды и водою, или частная тюрьма для воды» (режиссер – Антон Васильев) есть потрясающий кадр: умирающие зэки бегут с тачками, а на парапете строящегося шлюза играет духовой оркестр – чтобы веселее было умирать. И названия сохранившихся поселков соответствовали темпам гибели от изнурительного труда: Темпы, Соревнование, Каналстрой, Трудовая-Северная…

В Москве массовые захоронения находятся там, где больше всего погибало зэков: вокруг шлюзов канала «Москва-Волга». Мало кому известные захоронения расположены в Нижних Мневниках, у 9-го шлюза (за нынешним рестораном «Ермак»), в парке «Покровское-Глебово», между 7-м и 8-м шлюзами, на берегу речки Химки.

На строительстве 10-го шлюза, в Перерве, было два отдельных лагеря: один – для священников, другой – для «шпионов», в основном сотрудников Коминтерна. Лагерь для «шпионов» располагался на нынешней улице Гурьянова (неподалеку от дома, взорванного осенью в 1999-го). Второй – для священников – ниже по течению, на другом берегу Москвы-реки, у восточного входа в парк «Коломенское». Хоронили зэков на нынешней Коломенской набережной, у верхних ворот 10-го шлюза. Впрочем, погибающих было так много, что все окрестные рвы в Коломенском были заняты трупами. Речники рассказывают, что после каждого весеннего водосброса скелеты зэков можно увидеть на обнажающихся склонах парка «Коломенское».

Жители подмосковного поселка Летчик-Испытатель (около 6-го шлюза) рассказывают, как прошлым летом «новые русские», завладев бывшим колхозным полем с могильным курганом, по ночам тайно хоронили трупы, обнаруженные при строительстве фундаментов под коттеджи.

Через два года после начала строительства канала был издан приказ №359 от 03.07.1934 по Дмитлагу (так назывались подразделение ГУЛАГа, в ведении которого находился «Волгострой», позднее переименованный в «Каналстрой»). Вот что там написано по этому поводу: «Вопросу отвода участков под захоронения со стороны начальников строительных районов и участков не уделяется должного внимания, участки под кладбища занимаются произвольно, без учета охранной зоны канала и расположения водоисточников, кладбища не окопаны, не обнесены изгородью, захоронения трупов производятся небрежно, особенно в зимнее время».

В приказе говорилось, в частности, о захоронениях в Южном строительном районе на Никольском и Щукинском участках. Речь идет о шлюзах №7 и №8. Никольский участок – это район нынешнего Никольского тупика (дамба через речку Химку у 7-го шлюза), а Щукинский – участок у 8-го шлюза (бывшая деревня Щукино, располагавшаяся на месте нынешнего жилищного комплекса «Алые паруса»).

Приказом №359 было предписано «в месячный срок оформить захоронения, выполняя их, по возможности, на гражданских кладбищах, а самостоятельные кладбища открывать только в крайних случаях, согласовывая их с начальниками санитарных отделений лагерей и гражданскими органами санитарного надзора». Однако умирающих зэков было так много, что ни о каких «гражданских кладбищах» не могло быть и речи. Тогда возникла и другая практика (позднее воспроизведенная при строительстве таджиками модных элитных новостроек – о чем говорилось в том же фильме «Из воды и водою, или частная тюрьма для воды»): погибающих и умиравших зэков замуровывали в бетонные основания шлюзов. Естественно, и случайно упавших со строительных лесов никто не поднимал. Медленно погибали, затягиваемые жидким бетоном (в литературе описан подобный случай на строительстве шлюза №3 в Яхроме).

О том, что это отнюдь не досужие байки, говорят свидетельства строителей, недавно прокладывавших две новые нитки тоннелей Волоколамского шоссе под каналом между 7-м и 8-м шлюзами и строивших транспортную развязку на пересечении улицы Свободы и Волоколамского шоссе. Они сталкивались и с огромными рвами, внавалку заполненными скелетами (при строительстве опор эстакады), и с замурованными в основание канала трупами (при строительстве новых тоннелей под каналом).

Когда, зная обо всем этом, едешь по тоннелю, углубляющемуся с каждым зигзагом, кажется, что тоннель спускается в ад.

Потоп, которого не было

Справедливости ради надо сказать, что затопление населенных пунктов в Подмосковье было не единственным в истории Второй мировой. Другой случай представлен в киноэпопее «Осво­бождение» Юрия Озерова. Как бы ни относиться к этому пропагандистскому творению, одна из финальных сцен этого фильма просто потрясает. Та сцена, в которой по указанию агонизирующего фюрера были открыты заслонки шлюзов на Шпрее, чтобы русские разведроты не добрались до подвалов рейхсканцелярии.

Вода сквозь открытые заслонки устремилась по тоннелям метро и городских электричек, затопляя на своем пути все станции, которые использовались жителями Берлина в качестве бомбоубежищ. В фильме мы видим подземную станцию городской электрички (S-бана) «Унтер-ден-Линден» в непосредственной близости от Рейхстага. Вода, хлынувшая по тоннелям, стремительно прибывает, а недавние враги – советские и немецкие солдаты – вместе спасают раненых и, выстраивая оцепление, выводят из затопленной станции женщин и детей (именно в этом эпизоде гибнет под водой один из главных героев фильма в исполнении Николая Олялина).

Еще худшая участь ждала Москву. Если бы с запасных путей станции Москва-Рязанская-товарная ушел спецпоезд в Куйбышев (Самару) с единственным пассажиром и его челядью, в Москве с приходом противника взорвали бы Химкинскую плотину, которая отделяет акваторию Химкинского водохранилища от вытекающей из него через парк «Покровское-Глебово» речки Химки. Уровень водохранилища – 162 метра, уровень Москвы-реки в центре Москвы – 120 метров. Сорокаметровый напор с объемом воды шести водохранилищ от Москвы до Икши смел бы все на своем пути, уничтожая все здания и сооружения вместе с их обитателями на протяжении десятков километров.

– Мы с вами сидим на третьем этаже в здании на самой высокой точке холма, – рассказывает бывший начальник управления Канала им. Москвы Иван Родионов. – Расчеты показывают, что поток воды дошел бы здесь до уровня третьего этажа, а верхние этажи многих высотных зданий в центре Москвы стоят на гораздо низшей отметке.

– А Кремль?

Родионов только разводит руками.

После войны идею затопления столицы России стали приписывать Гитлеру. У московского драматурга и режиссера Андрея Вишневского появилась даже пьеса «Moskauersee» о жизни в послевоенной Москве (на озере, образовавшемся после победы Гитлера). Однако затопление столицы силами войск НКВД было неизбежным именно после отъезда Сталина. К таким процедурам готовились очень тщательно.

– Когда в восьмидесятые годы разбирали старый мост на Дмитровском шоссе, в его основании нашли десятки тонн взрывчатки, пролежавшей в насыпи еще с войны, – говорит Валентин Барковский.

Сколько тонн взрывчатки лежит в насыпи Химкинской плотины, неизвестно. Плотина в парке «Покровское-Глебово» до сих пор опутана ограждениями с колючей проволокой и круглосуточно охраняется автоматчиками.

Ссылка: http://rpczmoskva.org.ru/sovetsko-germanskaya-vojna/iskander-kuzeev-potop-moskovskij.html

Сталин войну проиграл

бог-цинизм-гитлер-сталин-171169


Вот это, пожалуй, есть самое страшное, что не хочется признавать любителям Сталина. Сталин - в его, Сталина, понимании - войну не выиграл. Сталин войну проиграл.

Сталин с момента прихода к власти готовился к войне за мировое господство. «Большевистскую миссию Красная Армия будет считать выполненной, когда мы будем владеть Земным Шаром» - это комиссар Гамарник на активе Наркомата обороны 15 марта 1937 года. Гамарника, кстати, вскоре расстреляли.

Чтобы создать базу для этой войны, Сталин уничтожил не миллионы, а десятки миллионов. Чтобы создать международные условия для этой войны, Сталин выпестовал Гитлера. Сталин пытался разжечь войну между Гитлером и западными демократиями в Испании, в Чехословакии и наконец разжег ее в Польше. Сталин совместно с Гитлером оккупировал территории с население в 23 млн человек и при этом повел дело так, что ведущие мировые демократии на коленях умоляли Сталина вступить в войну против Гитлера.

И вот эту войну Сталин проиграл. За три месяца после 22 июня 1941 года огромная военная машина потеряла 15 500 танков, 66 900 орудий и минометов, 3,8 млн единиц стрелкового оружия. Сталинской военной машине был нанесен такой смертельный удар, что, наступая в 1945 году, она захватила только половину Европы.

И тогда же выяснилась еще одна страшная для Сталина вещь. Сталин был, без преувеличения, гениальным военным конструктором. По сути, он был Главным конструктором СССР. Именно Сталин решал, какие самолеты и какие танки ему нужны. Он досконально разбирался в чертежах. Он лично звонил Илюшину с требованием снять стрелка с задней полусферы на Ил-2 - или, наоборот, поставить.

Но Сталин, как Главный конструктор и Главнокомандующий, был поразительным воплощением той мысли, что генералы всегда готовятся к прошлой войне. Та война, к которой готовился Сталин, была Первой мировой. Позиционной войной, в которой танки и артиллерия взламывали оборону противника. И все решения Сталина были связаны с созданием более совершенных танков и самолетов и более совершенных способов эту оборону взломать.

Парадоксальным образом Сталин проигнорировал все новейшие технические разработки - реактивные двигатели, ракеты, ядерное оружие.

Все работы над ними были начаты только после того, как НКВД доложил, что такие работы ведутся за рубежом. Это было тем более обидно, что советские ученые подавали пионерные идеи практически во всех этих сферах.

И вот в конце Второй мировой войны США взорвали над Хиросимой и Нагасаки атомную бомбу, а у Сталина атомной бомбы еще не было. В таких условиях продолжать войну было бессмысленно.

И Сталин это знал. Именно поэтому он не принял парад Победы и при его жизни не было написано истории войны с Германией.

А это означало, что СССР обречен. СССР в начале 40-х мог вполне реально рассчитывать на покорение Европы. Когда военное превосходство СССР было подавляющим, когда демократические лидеры Европы, как им и подобает в период мирного времени, были слишком трусливы и ограниченны, чтобы готовиться к войне, а общественное мнение в Европе во многом определялось агентами Сталина.

Когда у США появилось ядерное оружие, когда Черчилль в Фултоне заявил о недопустимости военной слабости демократий, ведущей к «соблазну» Советов, и о необходимости стратегического союза между США и Великобританией с целью недопущения новой политики умиротворения агрессора - это означало, что СССР обречен.

Именно поэтому все, что мы имеем сейчас, было заложено при Сталине. Мы имеем демографическую катастрофу. Мы имеем экономическую катастрофу, когда промышленность, создававшаяся только для войны, оказалось заведомо неконкурентоспособной, а люди, выучившиеся делать лопатки для двигателей и броню для танков, не умеют ничего больше. И мы имеем экологическую катастрофу в городах, воздух которых отравлен, а вид в точности напоминает концлагерь: бараки в жилой зоне и промзона-заводы.

Нам говорят: Сталин принял Россию с сохой, а оставил ее с атомной бомбой.

Так вот. У меня был прадед, которого звали Яков. Он был крестьянин из села Алексенки близ Бородино (да-да, того самого), и к тому времени, как его раскулачили, у него была конная сеялка и конная веялка. И когда мы с отцом в конце 80-х приехали в Алексенки, мы увидели три покосившиеся избы и старую бабку, которая показала нам эту сеялку и эту веялку и сказала: «До конца 60-х наш колхоз сеял яковой сеялкой и веял яковой веялкой».

Мне трудно представить себе развитие событий, при котором Россия Столыпина, Россия, в которой за несколько лет в Сибири появилось 3 млн процветающих крестьянских хозяйств, Россия, которая строила КВЖД, Россия, которая обладала огромным генофондом работящих крестьян и огромными природными богатствами, - не обзавелась бы к середине ХХ века ядерной энергией и без Сталина.

Но мне очень легко себе представить, что без Сталина под Бородино не сеяли бы в 60-х годах сохранявшейся полвека яковой сеялкой и не веяли бы яковой веялкой.

Если о чем и свидетельствует история Сталина, так это о том, что зло не окупается. Заметьте, за все предыдущие страницы я не разу не употребила слов «негуманно», «аморально» и так далее. Будем проще: зло - стратегически невыгодно.

Сталин сжег Россию, чтобы завоевать мир. Мир не завоевал, а Россию спалил до тла.

Сталин - как вирус. Вирус встраивается в клетку, переключает все ее ресурсы на себя, вычерпывает ее дотла, заставляеет ее производить вместо других клеток - себя. Ему неважно, что хозяин умрет, за это время вирус настолько размножится, что заразит других хозяев. Такова же была и стратегия Сталина: переключить все ресурсы России на себя, выпить ее народ до дна, истребить, но в процессе заразить полмира и получить новые заводы и новые народы для размножения. И вот не сработало.

Часто говорят, что в истории не бывает сослагательного наклонения. Мы, мол, не знаем, что да если бы. А вдруг Бронштейн, если бы его Сталин не расстрелял, все равно бы ничего не открыл? А вдруг Лангемак больше не построил бы ни одной ракеты? А вдруг все 20 млн кулаков, если бы они не были высланы, все равно бы прекратили работать? А вдруг из всех 28 млн, что погибли под Ельней, подо Ржевом, под Берлином, - ни один, выжив, не сделал бы в жизни ничего? Не сочинил бы ни одной симфонии? Не написал бы ни одной великой книги? Не родил бы ни одного сына, который сделал бы гениальное открытие?

И вообще, мол, в 1913 году Россия развивалась, а вдруг бы она сама собой прекратила развиваться? Без Сталина? Была в 1913 году с сохой, и в 1953-м тоже с сохой бы и осталась? Чего, мол, сравнивать Россию с США? Или с Европой?

Тогда возьмем для сравнения ту часть Российской Империи, которую Сталину не удалось завоевать: я имею в виду Финляндию. Вряд ли кто в начале ХХ века стал бы называть чухонцев самой развитой частью империи. История Финляндии в ХХ веке - не сахар. Финляндия перенесла две советско-финских войны, в обоих под ружья были поставлены все, кто умел сражаться, а потери войск, дравшихся до последнего вздоха, составляли по 30-40%. В феврале 1944 года Хельсинки стал объектом крупнейшей за все время Второй мировой войны операции советских ВВС: на город было сброшено 2,5 килотонн. В 1945 году от Финляндии были отрезаны лучшие куски территории; у нее забрали никелевые месторождения в Печенге, заставили выплатить 300 млн долл. товарами по довоенным ценам и еще 6,5 млрд финских марок.

Переедьте финскую границу в Выборге. Посмотрите на асфальт, который вдруг перестал трескаться. На аккуратные домики вдоль шоссе. На города, похожие на города, а не на бараки. И представьте себе, какой бы была эта страна, если бы в ней жили не 5,5 млн, а 600 млн человек.


Ссылка: http://rpczmoskva.org.ru/sovetsko-germanskaya-vojna/stalin-proigral.html