beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

Демография и статистика против лживой пропаганды.




Представляется важным сравнить разницу между мужчинами и женщинами в военных призывных возрастах по переписи СССР 1959-го с данными по другим странам Европы. Так, даже в Германии, бывшей главным участником мировой войны, дисбаланс мужчин и женщин не столь велик, как в СССР: по данным 1950-го в ФРГ и ГДР на 1000 женщин приходились 776 мужчин указанных возрастов. В Финляндии, воевавшей с непомерным для этой малочисленной страны напряжением, призвавшей в армию рекордно высокое (в процентном отношении к общей численности населения) число мужчин, к 1959-му на 1000 женщин приходились 853 мужчины.

В абсолютных значениях картина становится более выразительной: в СССР 1959-го дисбаланс между мужчинами и женщинами военных призывных возрастов все еще составляет 18,43 миллиона, а в Германии (ФРГ+ГДР) 1950-го – 4,63 миллиона. Нетрудно убедиться, что последняя цифра вполне коррелирует с известными оценками безвозвратных потерь (убитые, умершие от ран, погибшие в плену) вооруженных сил гитлеровской Германии. Напротив, в СССР «недостача мужчин» военных призывных возрастов категорически не совпадает с официально установленной цифрой потерь личного состава Красной армии (8,7 миллиона). Заслуживает внимания и соотношение цифр 18,43 и 4,63. Они заставляют нас серьезно усомниться в правдоподобности утверждения о том, что потери Красной армии всего лишь в 1,3 раза превысили потери противника, на чем с прискорбным упорством настаивают некоторые представители официальной военно-исторической науки.

Тут, правда, надо учесть, что в СССР и до войны мужчин было меньше, чем женщин. Так, по переписи 1939-го разница между мужчинами и женщинами в будущих военных призывных возрастах (годов рождения с 1889 по 1928-й) составляла с учетом присоединенных в 1939–1940 годах к СССР республик и областей примерно 3,48 миллиона. Таким образом, разница между мужчинами и женщинами в военных призывных возрастах увеличилась за 20 лет на 15 миллионов человек (18,43–3,48).

Абстрактно рассуждая, этот огромный дисбаланс в численности мужчин и женщин военных призывных возрастов мог иметь и другие причины, нежели гибель мужчин на фронте. Можно, например, предположить, что все то, что мы знаем про карательную политику оккупантов, не соответствует действительности и «на самом деле» на оккупированной территории немцы и полицаи убивали только мужчин, а женщин повсеместно миловали. Если столь абсурдная «гипотеза» нуждается в опровержениях, то демографическая статистика дает их в избытке.

Данные по соотношению численности мужчин и женщин в военных призывных возрастах по областям России показывают, что в 1959-м меньше всего мужчин проживали в Марийской АССР (507 мужчин на 1000 женщин), в Чувашии – 517, в Мордовии – 521, в Ивановской области – 528. Жуткая нехватка мужчин наблюдается именно там, где немецкого солдата если и видели, то только в качестве пленного, работающего на стройке. С другой стороны, перечисленные выше регионы – это отсталая сельская глубинка, крупных военных заводов там было очень мало, соответственно весь наличный ресурс мужчин призывных возрастов подняли по мобилизации и направили на фронт, там эти мужики навсегда и остались...

Что же касается областей РСФСР, бывших под немецкой оккупацией, то дисбаланс между численностью мужчин и женщин там ничуть не больше, чем в тыловых советских областях. Так, в Брянской области на 1000 женщин в военных призывных возрастах приходились 545 мужчин, в Орловской – 557, в Курской – 565, в Смоленской – 530, в Краснодарском крае – 634, в Ставропольском крае – 643, в Ростовской области – 647. В целом все вместе и каждая в отдельности оккупированные области СССР по сверхнормативной убыли мужчин вполне сравнимы с тыловыми областями. И здесь, и там недостаток мужчин призывных возрастов и их примерно одинаково мало.

Весьма показательна ситуация по областям Украины. В западных областях, где мобилизация военнообязанных была повсеместно сорвана, дисбаланс мужского и женского населения гораздо меньше общесоюзного. Так, по данным переписи 1959 года, во Львовской области на 1000 женщин приходились 707 мужчин, в Станиславской (ныне Ивано-Франковская) – 701, в Тернопольской – 671, в Волынской – 704, в Черновицкой – 692, в Ровенской – 682. Далее на восток разницасильно увеличивается и в Хмельницкой области соотношение уже 577, в Житомирской – 584, в Винницкой – 565.

Ту же самую закономерность имеют данные по Белоруссии. В западных областях разница числа мужчин и женщин военных призывных возрастов сравнительномала: в Гродненской области Белоруссии 707 мужчин на 1000 женщин, в Брестской области – 708. Но при этом в центральной Минской области – уже 615, а в областях восточной Белоруссии дисбаланс еще более заметный: в Витебской – 581, в Гомельской – 578, в Могилевской – 562. Трудно объяснить это чем-то иным, нежели последствиями массовой гибели на фронте мужчин, мобилизованных в восточных областях.

Дисбаланс в численности мужчин и женщин по состоянию на 1959 год и соотношение этого показателя по различным регионам СССР дают нам лишь самое общее представление о структуре людских потерь. Становится понятным, что они состоят главным образом из потерь мужчин призывных возрастов и погибли эти мужчины в основной своей массе не в оккупации, а на фронте.


http://maxpark.com/community/6407/content/2938529
Tags: "неудобная" история
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments