beam_truth (beam_truth) wrote,
beam_truth
beam_truth

Переадресация нацистам советских преступлений.

По книге Иоахима Гофмана. Сталинская истребительная война (1941-1945 годы). http://hedrook.vho.org/rus/library.htm
Планирование, осуществление, документы.

Joachim Hoffmann. Stalins Vernichtungskrieg 1941-1945.
F.A. Verlagsbuchhandlung GmbH, München, 1998.
Москва, 2006.

Сокращено, дополнено, проиллюстрировано.


… нападение на маленькую Финляндию в 1939 г. началось с того, что советские боевые части 30 ноября подвергли неожиданной бомбардировке жилые кварталы городов Хельсинки, Ханко, Котка, Лахти и Выборг, чтобы тотчас поразить неподготовленное гражданское население в его моральную сердцевину и сломить всякую волю к сопротивлению.[13] "Лишь во вторую очередь", гласил финский доклад от 13 февраля 1940 г., целью советских самолетов стали "индустриальные центры (промышленность Кюми и Вуоксы) и транспортные узлы (Антреа, Коувола)".

И сам Эренбург уже 18 декабря 1941 г. процитировал захваченный немецкий приказ по сухопутным войскам,[16] показательный в том отношении, что солдатам в нем запрещается участвовать в мероприятиях оперативных групп, объявленных "необходимыми", даже в качестве свидетелей.

Советские власти перешли к тому, чтобы подготавливать так называемых "свидетелей" - испытанный метод, ведь после опыта "Большой чистки" 30-х годов НКВД был в состоянии добиться от любого свидетеля любого показания о любом преступлении. На основе таких фальсификаций советское информационное агентство ТАСС 8 августа 1941 г.[19] распространило сообщение, тотчас подхваченное американским агентством "Ассошиэйтэд Пресс", что немецкие "штурмовые группы" убили во Львове 40 000 человек.[20]

Итак, виновниками могли считаться только немцы, о советском массовом убийстве, имевшем место до этого, не было и речи. Во Львове жертвами акций оперативной группы С стали 7 000 человек. Теперь эта цифра была повышена до 700 000, в 100 раз, и чтобы подчеркнуть ее достоверность, утверждалось следующее: "Гитлеровские убийцы применили во Львове, чтобы скрыть свои преступления, тот же метод, который они использовали, когда убили польских офицеров в Катынском лесу. Комиссия экспертов установила, что метод маскировки могил был совершенно идентичен методу, который использовался, чтобы замаскировать могилы польских офицеров, убитых немцами в Катыни".


О том, чего стоит этот советский государственный документ, санкционированный Международным военным трибуналом в Нюрнберге, видно уже по утверждению, которое было представлено в Нюрнберге и в устной форме, что дети еврейских жителей Львова "обычно" выдавались отрядам Гитлерюгенда (как известно, существовавшим лишь на территории Рейха и к тому же не вооруженным) для использования в качестве живых мишеней,[23]


    



Гитлерюгенд. Союз немецких девушек.





Путинюгенд. Девушки из движения "наши".

или, например, по утверждению, что каждую неделю 1000 беглых французских военнопленных, отказывавшихся работать на немцев (что, согласно Женевской конвенции, они и должны были делать), доставляли в концлагерь под Львовом, где их совместно с советскими, британскими, американскими военнопленными и итальянскими интернированными военнослужащими мучили или расстреливали.


… профессор Трайнин, ведущий советский специалист по международному праву, взгляды которого лучше всего иллюстрируются тем фактом, что 24 мая 1945 г. он объявил допустимой и желательной депортацию в Советский Союз миллионов германских граждан в качестве рабочих-рабов.[33]

Ведь к Трайнину, который 8 августа 1945 г. вместе с Никиченко подписал от имени Советского Союза Лондонское соглашение четырех держав о «преследовании и наказании главных военных преступников Европейской "оси"», восходит статья 21 Устава Международного военного трибунала, согласно которой все государственные документы, включая, следовательно, и такие фальшивки "Чрезвычайной государственной комиссии", как документ от 24 января 1944 г. под заголовком "Правда о Катыни", признавались официальным доказательным материалом безо всякой проверки.



На этой основе советский обвинитель полковник Покровский утверждал в Нюрнберге 14 февраля 1946 г., "что одним из важнейших преступных деяний, за которые несут ответственность главные военные преступники, было массовое уничтожение польских офицеров, осуществленное в Катынских лесах под Смоленском немецко-фашистскими захватчиками".[34]


 


 


Через несколько недель после обнаружения массовых захоронений Катыни, в мае 1943 г., немцы наткнулись под Винницей на другие массовые захоронения, в которых были погребены около 10 000 украинских жертв НКВД. Привлеченная немецкой стороной Международная комиссия судебных медиков из 11 европейских государств (Бельгия, Болгария, Венгрия, Италия, Нидерланды, Румыния, Словакия, Финляндия, Франция, Хорватия и Швеция) так же, как комиссия немецких экспертов по судебной медицине и криминалистике, созданная независимо от этого, после тщательного расследования пришла к единодушному выводу, что убийства были совершены между 1936 и 1938 гг. выстрелами в затылок, в типичной манере НКВД.[36]

В Харькове НКВД совершил неслыханные зверства. Только в 1937-41 гг. здесь областным управлением НКВД во главе с Райхманом и Зеленым были ликвидированы и погребены, в частности, в лесу, в "плановом квадрате 6" "тысячи и тысячи" людей, а весной 1940 г. - также 3891 польский офицер. А когда советские войска весной 1943 г. ненадолго захватили Харьков назад, то пограничные части НКВД, согласно тщательным немецким расследованиям, расстреляли здесь за несколько недель, как упоминалось, не менее 4000 человек, почти 4% оставшегося населения, "включая и девушек, вступивших в связь с немецкими солдатами", по обвинению в сотрудничестве с немецкими оккупационными властями.

Советская тактика повторилась затем в Киевском деле, она повторилась и в Минском деле. Ведь и здесь использовался метод перекрытия советских зверств немецкими зверствами. Вблизи Киева, в Дарницком лесу и под Быковней, в 30-х годах были погребены 200000-300000 человеческих тел,[40] лишь малая часть жертв советского режима на Украине, точное число которых, возможно, не удастся установить уже никогда. Ведь только на Западной Украине, то есть в Восточной Польше, согласно оценкам некоторых историков, в 1939-41 гг. был ликвидирован миллион человек - данные, которые в этом случае, возможно, все же завышены. Во всяком случае, жертвами голода, умышленно организованного в 30-х годах Сталиным и его пособниками, стали 7-8 миллионов сельских жителей Украины.

Вскоре после того, как Советы вновь овладели украинской столицей, они пригласили группу корреспондентов западной печати, чтобы осмотреть Бабий Яр, выдававшийся теперь за место бойни.[45] Однако вещественные доказательства, видимо, оказались скудными. А изучение результатов многочисленных аэрофотосъемок в наши дни привело, похоже, и к выводу, что, в отличие от ясно различимых обширных массовых захоронений НКВД в Быковне, Дарнице и Белгородке и в отличие от ясно различимых массовых захоронений Катыни (кстати говоря, согласно статье "Нью-Йорк Таймс" от 6 мая 1989 г., это - окончательное доказательство советской вины в совершении преступления), территория Бабьего Яра в 1939-44 гг., во время немецкой оккупации, осталась нетронутой.

Вот что пишет о событиях в бабьем Яру ВИКИПЕДИЯ:

По разным подсчётам, в Бабьем Яру в 19411943 было расстреляно от 70 000 до 200 000 человек. Евреи-заключённые, которых нацисты заставили сжигать тела в 1943 году, говорили о 70-120 тысячах.


Отступая из Киева и пытаясь скрыть следы преступлений, нацисты в августе — сентябре 1943 частично уничтожили лагерь, откопали и сожгли на открытых «печах» десятки тысяч трупов, кости перемалывались на привезённых из Германии машинах, пепел был рассыпан по окрестностям Бабьего Яра.


 


Слева: Аэрофотоснимок  Luftwaffe урочища Бабий Яр. 26 сентября 1943. http://www.vho.org/GB/Books/dth/fndaerial.html

Справа: Карта места приписываемого наци массового убийства евреев в Бабьем Яру. Рисунок Джона Болла, 1993.


1 - Внешний край оврага Бабий Яр. 2 - V - образное дно оврага. Работа при помощи лошадей и тракторов для эксгумации, сжигания и захоронения десятков тысяч трупов должны были изменения, явственно видимые на аэрофотоснимках. 3 - Фермы, работавшие в 1940. 4 - Деревья. 5 - Кладбище с сотнями индивидуальных могил. 6 - Дорожки между могилами. 7 - Строение на кладбище. 8 - Место на дне оврага, где, по версии антифашистов, около 64 000 тел были эксгумированы, кремированы и захоронены в течение 5 недель до 26 сентября 1943. Не видно никаких повреждений почвы, неизбежных после столь масштабных злодеяний. 9 - Никаких следов от дорог или колей телег нет на склонах оврага. 10 - Улица Мельник, идущая на восток к Киеву. 11 - Никаких следов грузовиков или телег от улицы к оврагу. 12 - Узкая гужевая дорога с конца улицы Мельник на запад.


Бабий Яр вообще не упоминается в заявлениях пресс-центра украинских партизан, которые знали обо всём, что происходит на их земле. При этом партизаны регулярно извещали обо всех имевших место расстрелах немцами партизан.
Дальше - больше, Бабий Яр вообще не упоминается в воспоминаниях украинских беженцев из Киева на Запад вплоть до конца 70-х годов, а ведь среди них большинство было евреями.


Также Бабий Яр не упоминается и в Украинских Энциклопедиях, некоторые из которых перепечатывались даже западными университетами.
Далее, и может быть наиболее примечательно, что в течение нескольких десятилетий тема Бабьего Яра не привлекала никакого внимания еврейской интеллигенции города Киева – по одной причине: врать можно только потомкам, но не современникам.


Беженцы, из около 440 еврейских общин со всего СССР, опубликовали в Израиле книгу о своих общинах в СССР под названием “Yizkerbikhers”. В этой книге они на еврейском языке подробно рассказывают об истории своих общин в СССР: о городах, городках и даже сёлах. И в этой энциклопедической книге нет никакого упоминания о Бабьем Яре! В 1983 году в США вышло расширенное издание этой книги на идиш. Вопрос, каким образом более 150 тысяч интеллигентных эмигрантов и евреев-современников из Киева ничего не могут сказать о Бабьем Яре?!


Для подкрепления утверждения, что немцы здесь, в Бабьем Яру, "расстреляли из пулеметов от 50 000 до 80 000 еврейских мужчин, женщин и детей", НКВД в 1943 г. подготовил и трех так называемых свидетелей, рассказы которых, однако, тем более вызвали скепсис корреспондентов, прежде всего опытного представителя "Нью-Йорк Таймс" Лоуренса. Поэтому опубликованная затем 29 ноября 1943 г. в "Нью-Йорк Таймс" статья "Сообщения об убийстве 50000 киевских евреев" (50 000 Kiev Jews Reported Killed), уже очищенная от самой грубой лжи относительно "советских партизан" и "машин-душегубок", имела примечательный подзаголовок "Оставшиеся доказательства скудны" (Remaining Evidence is Scanty),[46]

Лишь когда в 1968 г. НКВД/КГБ смог представить тщательно проинструктированного так называемого "свидетеля" на судебном процессе в Дармштадте - "Нью-Йорк Таймс" сообщила об этом 14 февраля 1968 г. в статье под заголовком "Только четыре очевидца в Бабьем Яру" (At Babi Yar Only Four Spectators)[51] - и только после того, как Евтушенко написал о Бабьем Яре "волнующий" стих, а Шостакович - сочинение для оркестра, символичная значимость этого понятия заметно повысилась, что было тотчас использовано советской пропагандой.

Советские власти использовали благоприятную конъюнктуру, чтобы в конечном итоге воздвигнуть на полигоне НКВД под Быковней (КОУ НКВД), где - как и под Дарницей и Белгородкой близ Киева - находились обширные массовые захоронения сталинского периода, монумент в память, якобы, погребенных здесь жертв "фашистских захватчиков 1941-1943 гг.", которые, как писала одна киевская газета еще в 1971 г., были "зверски замучены". Однако уже в марте 1989 г. вводящая в заблуждение надпись была вновь удалена под растущим нажимом общественности. Ведь к этому времени, 17 марта 1989 г., советское информационное агентство ТАСС сообщило, что, по данным "государственной комиссии" (уже четвертой в своем роде), в Быковне и Дарницком лесу обнаружены массовые захоронения с останками 200 000-300 000 так называемых "врагов народа" сталинского периода.

Одновременно орган Союза советских писателей "Литературная газета" счел уместным отметить в апреле 1989 г., что не "немцы", а сталинисты, "наши собственные люди" совершили эти массовые убийства. Жуткие подробности о массовых убийствах НКВД, продолжавшихся с 1937 г. до самой оккупации города немецкими войсками в сентябре 1941 г., сообщил Царынник в статье "Киевские поля смерти" (The Killing Fields of Kiev), которая была опубликована в 1990 г. в октябрьском номере журнала "Комментарии" (Commentary), издаваемого Американским еврейским комитетом в Нью-Йорке.[52]

В Советском Союзе приходилось использовать Бабий Яр, чтобы придать достоверность Катыни, а Катынь - чтобы придать достоверность Бабьему Яру. Поздний успех советской пропаганды в случае Бабьего Яра даже побудил сталинистов в 1990-91 гг. еще раз попытаться все же возложить вину за расстрел польских офицеров в Катыни (и других местах) на немцев, напечатав в "Военно-историческом журнале" уже упомянутую серию статей под примечательным названием "Бабий Яр под Катынью?"


Всем знакома трагедия Хатыни, возникает даже путаница: Хатынь-Катынь. (Какая Катынь, ведь была Хатынь?).  Нам с детства говорили, что "Хатынь сожгли немцы", однако на самом деле немец там был только один.

Когда в Хатыни каратели заперли людей в обложенном соломой сарае, то взял факел и поджег крышу переводчик из штаба батальона Лукович. За пулеметами, установленными перед дверями сарая, находились каратели Абдулаев (явно не украинец), Гуцило, Катрюк. Отдавал распоряжения, лично сгонял хатынских жителей и затем стрелял из автомата начальник штаба украинец Васюра. Всей операцией на месте руководили оба командира батальона — немец Эрих Кёрнер и Константин Смовский, поляк по национальности, в прошлом петлюровец. (ХАТЫНЬ: «ФОРМАТ» ТРАГЕДИИ
Страницы истории | 22/03/2007 | Сергей КРАПИВИН).

Васюра Григорий - главный хатынский палач

21 марта 1943 года небольшой отряд партизан, переночевав в Хатыни, отправился утром совершать "акцию" - повредил линию связи на шоссе Логойск — Плещеницы, напротив деревни Козыри, находившейся слева от шоссе. Хатынь располагалась в пяти километрах вправо от шоссе. Партизаны  дожидались в засаде ремонтников, а дождались автоколонну 118-го полицейского батальона в составе легковой машины и двух грузовиков.

В легковушке сидел олимпийский чемпион 1936 года, любимец Гитлера, Ганс Вёльке, который был убит вместе с остальными четырьмя карателями. Затем партизаны отступили в сторону (!!!) Хатыни.

Каратели выместили злобу сначала на лесорубах из Козырево, начавших разбегаться, затем был поднят по тревоге и отправлен в Хатынь 118-й батальон...


То, что советская пропаганда сыграла на созвучии Хатынь-Катынь - несомненно. И возникает вопрос: Не была ли Хатынь выбрана пропагандистами умышленно? О том, за что партизаны не любили деревню Катынь, написано в книге Елены Кобец-Филимоновой «Распятая Хатынь». Её тираж в советское время - 50 экземпляров, подтверждает подобные опасения.

Последним местом на территории Советского Союза, где массовые убийства НКВД пытались спрятать за таковыми оперативных групп, стал Минск. Ведь в столице Белорусской ССР, как и в Киеве, в 1937-41 гг. происходили убийства в чудовищных масштабах. Часть своих жертв Минское оперативное управление НКВД предпочитало погребать на территории возле близлежащего населенного пункта Куропаты, где в 1988 г. были обнаружены обширные могильные поля. Предполагается, что здесь, в массовых захоронениях Куропат, погребены около 102 000 из оцениваемого в 270 000 общего числа жертв НКВД в Минске и окрестностях.[56]


Партизанская Сволочь

http://www.gulag.ipvnews.org/article20071009.php

(С сокращениями)

Только через шесть десятков лет уцелевшие жители белорусской деревни Дражно Стародорожского района решились рассказать о страшных событиях, пережитых ими в 1943 году. Их истории в своей книге «Кровь и пепел Дражна» собрал белорусский краевед Виктор Хурсик.

Автор утверждает, что 14 апреля 1943 года партизаны напали на Дражно и без разбору стреляли, резали и заживо сжигали мирных жителей. Показания уцелевших дражненцев автор подтверждает документами из Национального архива Республики Беларусь.

Один из выживших свидетелей сожжения деревни Николай Иванович Петровский после войны переехал жить в Минск, где до пенсии проработал электриком на госпредприятии. Сегодня ветерану 79 лет, он тяжело болен.

Николай Петровский показал место, где расстреляли людей.

«Выстрелы разбудили нас около четырех утра»

- Когда в 1941 году пришли фашисты, полицейский гарнизон, на нашу беду, сформировали в Дражно. Полицаи, а их было 79 человек, обустроились в школе, которую огородили дзотами. Место это было стратегическим. Деревня стояла на пересечении дорог, на возвышенности. Полицаи могли идеально простреливать местность, да и леса стояли далеко - в трех километрах от Дражно.

Еще до прихода немцев мой отец, председатель сельпо, член партии, успел уйти в лес вместе с председателем колхоза и майором Красной армии. И вовремя. Полицаи начали зверствовать: арестовали ветврача Шаплыко и расстреляли. Охотились и за моим отцом. Ему устроили засаду возле дома.

Всю нашу семью - меня, маму, трех братьев и сестру Катю почти голыми погнали в колхозное гумно. Отца пытали на наших глазах, били, заставили копать могилу. Но почему-то не расстреляли и через несколько дней отправили в концлагерь, - Николай Иванович старается говорить сухо, без эмоций. Но кажется, старик вот-вот сорвется.

- Так мы и жили: без отца, с ненавистью к оккупантам, ждали освобождения, - продолжает Николай Иванович. - И вот в январе 1943 года партизаны провели операцию по захвату полицейского гарнизона.

Сегодня ясно, что операция была спланирована бездарно, партизаны атаковали в лоб, почти всех их положили из пулемета. Сельчан заставили хоронить убитых. Помню, как мама переживала, плакала. Ведь партизан мы считали нашей надеждой…

Но через несколько месяцев эти «защитники» учинили невиданное зверство! - Старик на минуту остановился, окинул взглядом деревню, долго смотрел в сторону леса. - Выстрелы разбудили нас около четырех утра 14 апреля 1943 года.


Мама кричала: «Дзетко, гарым!» Голые выскочили на двор, смотрим: все хаты горят, стрельба, крики…

Мы побежали спасаться на огород, а мама вернулась в дом, хотела что-то вынести. Соломенная крыша хаты к тому времени уже пылала. Я лежал, не двигался, долго не возвращалась мама. Повернулся, а ее человек десять, даже женщины, колют штыками, кричат: «Получай, сволочь фашистская!» Видел, как ей перерезали горло. - Старик снова сделал паузу, его глаза были опустошены, казалось, Николай Иванович снова переживал те ужасные минуты. - Катя, сестра моя, вскочила, просила: «Не стреляйте!», достала комсомольский билет. До войны она была пионервожатой, убежденной коммунисткой. Билет и партийное удостоверение отца во время оккупации зашила в пальто и носила с собой. Но высокий партизан, в кожаных сапогах, обмундировании начал целиться в Катю. Я закричал: «Дзядзечка, не забевайце маю сястру!» Но раздался выстрел. Пальто сестры вмиг набрякло кровью. Она умерла на моих руках. Я навсегда запомнил лицо убийцы.

Помню, как я отползал. Смотрю, соседку Феклу Субцельную вместе с малюткой-дочкой три партизана живьем бросили в огонь. Свою кроху тетка Фекла держала на руках. Дальше, у дверей пылающей хаты, лежала старушка Гриневичиха, обгоревшая, в крови…

- Как же вы уцелели? - спрашиваю у почти рыдающего старика.

- Огородами мы с братьями доползли до дядьки. Дом его сожгли, а он чудом выжил. Выкопали землянку, в ней и жили.


Позже мы узнали, что ни одного полицая партизаны не застрелили. Дома, которые находились за их укреплениями, тоже уцелели. В деревню приехали гитлеровцы, оказали пострадавшим медицинскую помощь, кого-то отвезли в госпиталь, в Старые Дороги.


После войны я узнал, что непосредственно сжигали и убивали дражненцев партизаны из отряда имени Кутузова, которым командовал Израиль Лапидус. Другие отряды из бригады Иванова «кутузовцев» прикрывали. Я нашел Лапидуса, когда мне было 18 лет. Он жил в Минске, в районе Комаровки, работал в обкоме партии. Лапидус спустил на меня собак… Знаю, что этот человек прожил неплохую жизнь, так и умер героем.
        

Израиль Лапидус.

Обыкновенная красная сволочь - комбриг Иванов.

На дражненском кладбище похоронены убитые 14 апреля 1943 года жители. Некоторые семьи в то роковое утро партизаны уничтожили полностью. Ставить памятники на их могилах было некому. Многие захоронения почти сровнялись с землей и скоро вовсе исчезнут.

Не жалели даже семьи фронтовиков.

Сегодня Дражно - благополучная деревня, с хорошей дорогой, старенькими, но ухоженными домиками.

У деревенского продовольственного магазина мы встретились с другими живыми свидетелями партизанского преступления. До дома Евы Мефодьевны Сироты (сегодня бабушке идет 86-й год) партизаны не добрались.

- Деточки, не дай Бог кому-нибудь узнать ту войну, - хваталась за голову Ева Мефодьевна. - Мы выжили, а мою подругу Катю застрелили, хоть кричала: «Я своя!» Застрелили невестку и свекровь, их маленького мальчика бросили умирать. А ведь отец их семейства воевал на фронте.

- Люди хавались в ямах из-под картошки, так одну семью прямо там и расстреляли, не пожалели, - с отчаянием говорил 80-летний Владимир Апанасевич. Дедушка не выдержал и разрыдался. - Меня судьба спасла, а ведь некоторых подростков партизаны специально отводили за полкилометра в поле и расстреливали. Недавно к нам приезжали из райисполкома, человек восемь. Спрашивали о сожжении Дражно партизанами, правда ли это. Больше молчали, покачивали головами. Так молча и уехали.

Александр Апанасевич, сын дедушки Владимира, показал паспорт убитой партизанами Валентины Шамко. На фотографии - девочка, милая, с наивным взглядом, беззащитная.


Паспорт убитой Валентины Шамко.


- Это моя тетя. Мама рассказывала, что ей стреляли в голову, - с недоумением в голосе рассказывает дядька Александр. - Мама хранила простреленную косынку Валентины, но сейчас найти ее я не могу.

Комбриг Иванов:

«…бой прошел очень удачно»

А комбриг Иванов в докладе начальству подвел итог боевой операции в Дражно так (из дела №42 фонда 4057 Национального архива РБ, целиком сохраняем авторский стиль):

«…бой прошел очень удачно. Свою задачу выполнили, гарнизон разгромлен полностью, за исключением 5 дзотов, из которых войти не удалось, остальная полиция уничтожена, убитыми и задохнувшимися от дыма насчитывается до 217 сволочей…»

За эту «операцию» многие партизаны были представлены к наградам.

Если бы дражненцы не рассказали о трагедии далеких дней Виктору Хурсику, о диком сожжении белорусской деревни партизанами никто никогда бы не узнал.


Виктор Хурсик: «Партизаны хотели выдать мирных жителей за полицаев»

- Спадар Виктор, некоторые люди пытаются оспорить содержание вашей книги…


- Видимо, это делать поздно. Мне известно, что, когда вышла книга, Министерство информации отправило ее на закрытую рецензию авторитетным специалистам. Ученые пришли к выводу, что факты, которые я привожу в книге, соответствуют реальности. Я предвидел такую реакцию. Свою позицию я считаю государственной, как и подход министерства. У меня была одна цель - поиск истины. К политике книга «Кровь и пепел Дражна» никакого отношения не имеет.

Дом Владимира Апанасьевича уцелел, так как находился за полицейским гарнизоном.

- Как вы узнали о сожжении деревни?

- Ко мне решились обратиться сами дражненцы. Сначала я не поверил, что партизаны могли сжечь деревню с мирными жителями. Проверял и перепроверял. Копался в архивах, не раз встречался с жителями Дражно. Когда я осознал глубину трагедии, то понял, что необходимо говорить не только о геройстве, но и о преступлениях партизан, а они были. Иначе белорусская нация не состоится.

- В книге много документальных компроматов на партизан, откуда?

- В каждом отряде был чекист. Он старательно фиксировал все случаи нарушений дисциплины, доносил об этом вышестоящему начальству.


- Сжигали ли партизаны белорусские деревни повсеместно?

- Конечно, нет. Большинство партизан храбро сражались за свободу Родины. Но отдельные случаи преступлений против мирного населения были. И не только в Дражно. Такая же трагедия произошла в деревне Староселье Могилевской области, в других регионах. Сегодня необходимо ставить вопрос о том, чтобы государство установило памятники на местах трагедий.


- А какова судьба командира 2-й минской партизанской бригады Иванова?

- Он выходец из Ленинграда. Руководить бригадой 21-летнего Иванова направили из штаба партизанского движения. Из документов понятно, что из-за его неопытности погиб не один партизан. Тех, кто отказывался идти в глупые атаки, он лично расстреливал. Иванов, пожалуй, один из немногих партизанских комбригов, которому не присвоили звание Героя Советского Союза. По сведениям, полученным от бывших ответственных работников Пуховичского райкома КПБ, в 1975 году он покончил жизнь самоубийством.


- И все-таки в голове не укладывается, почему партизаны пошли на такое жуткое преступление?

- До 1943 года они практически не воевали, отсиживались в лесах. Полицаи и партизаны жили относительно мирно, только под давлением сверху случались стычки. Но в 1943 году Сталин начал требовать конкретных результатов. Взять полицейский гарнизон в Дражно Иванову не хватило таланта. Тогда командование бригады пошло преступным путем. Решили сжечь деревню, убить местных жителей и выдать их за полицаев.


«За отрядом Кутузова мародерских поступков очень много»

Виктор Хурсик включил в свою книгу свидетельства еще нескольких выживших жертв сожжения Дражно. Этих людей уже нет в живых.

Приводим отрывки из книги «Кровь и пепел Дражна».

Докладная записка начальника особого отдела НКВД Безуглова «О политико-моральном состоянии 2-й минской партизанской бригады»:

«…Возвращаясь обратно, заехали (партизаны. - Ред.) к Гуриновичу М., выдрали еще 7 семей пчел, сломали замок, влезли в хату, забрали все вещи, вплоть до чугуна, забрали также 4 овечки, 2 свиней и прочее.

Данным мародерским поступком возмущено все население и требует от командования защиты.

За отрядом Кутузова мародерских поступков очень много, поэтому требуется по данному вопросу принять меры в самом жестком порядке…»



СВИДЕТЕЛЬСТВО ОЧЕВИДЦА

Рассказ свидетельницы сожжения Дражно Екатерины Гинтовт (жены Героя Советского Союза):

«В шестидесятых назначили нам нового начальника. Был он спокойный такой. Может, на второй или третий день его прихода между нами случился разговор.


- Где были в войну? - спросила я.

- На фронте и в партизанах.


- А где в партизанах? У нас же во время войны они убили многих, сожгли полдеревни.

Были в Стародорожском районе, в Дражно…

Я рассказала, что в Дражно у меня застрелили подругу, сожгли и убили других жителей.

Как я ему это сказала, смотрю - человеку на глазах стало плохо.

- Пойду в больницу, - сказал.

Через несколько дней начальник умер».


По материалам газеты «Комсомольская правда» в Белорусии.

19 апреля 2008 года в деревне Дражно Стародорожского района Минской области состоялась церемония открытия мемориального креста в память о мирных жителях, уничтоженных партизанами 15 апреля 1943 года.

http://s-mahat.org/cgi-bin/index.cgi?cont=141
Tags: "неудобная" история
Subscribe
promo beam_truth august 20, 15:18 4
Buy for 10 tokens
http://bookre.org/reader?file=1479205&pg=139 Многие знают о существовании дневника советской девочки Тани Савичевой из блокадного Ленинграда. Многие знают о существовании дневника еврейской девочки Анны Франк. Написан он был шариковой ручкой, но это другая тема. Перед вами дневник…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments